Право на труд или свобода труда?

Статья написана к празднику Весны и Труда – 1 Мая, который в силу его значимости достаточно помпезно отмечали в советский период. Будет уместным также напомнить читателю, что впервые он был учрежден еще в Российской империи в 1890 г. как «День международной солидарности трудящихся». После Октябрьской революции 1918 г. праздник стал официальным и в РСФСР первоначально назывался «День Интернационала», а позже – «День международной солидарности трудящихся – Первое мая».

В 1992 г. он был переименован как «Праздник весны и труда» и отмечается как государственный праздник. Все это свидетельствует о том внимании, которое уделяет государство трудовому человеку. Ныне это предусматривается в новой конституционной норме. Так,  в ст. 75 отмечается, что «Российская Федерация уважает труд граждан и обеспечивает защиту их труда». В ст. 75.1 Конституции РФ закрепляется, что «в Российской Федерации… гарантируются защита достоинства граждан и уважение человека труда».

Труд, как целенаправленная деятельность, работа, требующая умственного и физического напряжения, всегда оценивается высоко и среди социальных ценностей занимает одно из ведущих мест. Он имеет, во-первых,  практическое значение, поскольку создает материальные, духовные, интеллектуальные,  культурные и иные богатства, во-вторых,  личностное значение.  Прав с Ф. Вольтер, который образно, но вполне верно отмечал: «Труд освобождает нас от трех великих зол: скуки, порока и нужды». Со своей стороны я бы добавил: «Человек живет, пока работает, безделье ускоряет наступление старости и смерти». Человек рождается по Божьей воле, но личностью становится благодаря своему усердию в процессе трудовой деятельности в разных сферах жизни. Это известная, но дорогая истина, поскольку ее приходиться доказывать в своей повседневной деятельности, в своих устремлениях, поступках. Вне реального поведения нет человека, есть только существо биологическое.

Право на труд не даруется государством, а является прирожденным, природным свойством человека. Оно впервые  на конституционном уровне закреплялось в ст. 118 Конституции 1936 г., где было четко указано: «Граждане СССР имеют  право на труд, то есть право на получение гарантированной работы с оплатой их труда в соответствии с его количеством и качеством.

Закрепляя право на получение гарантированной работы в соответствии с призванием, Конституция СССР 1977 г. исходила из принципа единства прав и обязанностей, т.е. право на труд связывало с обязанностью каждого способного к труду гражданина трудиться в избранной им области общественно полезной деятельности, что вполне естественно и логично. В конституциях многих стран право на труд непременно связывают также с обязанностью трудиться.

В отличие от указанных конституционных положений в действующей Конституции РФ в начале основной упор сделали на свободу труда как значительной социальной ценности. В какой-то степени оно и понятно, поскольку она готовилась в условиях эйфории от свободы, т.е., положение, при котором отсутствуют ограничения и стеснения, связывающие общественно-политическую, экономическую, духовную, культурную жизнь и деятельность кого-либо: личности, социальной группы, общества, как естественным, так и искусственным путем. Это отразилось также на содержании некоторых конституционных норм, в том числе, касающихся трудовых отношений.

Осознавая и учитывая все грани свободы, известный русский философ-правовед И. Ильин предупреждал: «Чтобы приучить людей к свободе, надо давать им столько свободы, сколько они в состоянии принять и жизненно наполнить, не погубляя себя и своего государства: безмерная и непосильная свобода всегда была и всегда будет – сущим политическим ядом». Полагаю, что сказанное является хорошим ориентиром и основой для объективной оценки конституционных норм о праве на труд и свободе труда. Отношение к свободе в нестандартных, внештатных ситуациях может быть разным. Именно поэтому российский законодатель допускает возможность ограничения прав и свобод человека в конституционном законотворчестве.  Так, согласно ч. 1 ст. 56 Конституции РФ предусмотрено:  «В условиях чрезвычайного положения для обеспечения безопасности граждан и защиты конституционного строя в соответствии с федеральным конституционным законом могут устанавливаться отдельные ограничения прав и свобод с указанием пределов и срока их действия».

Конституционная норма о свободе труда появилась впервые в ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, пытаясь тем самым придать нашему государству либерально-демократический характер,  дабы понравиться европейской общественности. Но Россия — не невеста,  а Европа — не наш жених, пора это понять всем. В демократическом обществе, основанном на рыночных отношениях, каждому человеку предоставляется возможность самостоятельного выбора способов и форм приложения своих сил и способностей, а ни свобода от труда. В советский период указанное право традиционно именовалось правом на труд без слова «свободный», тогда право на труд связывалось, во-первых, с возможностью получения гарантированной работы, обеспечиваемое государством, во-вторых, с обязанностью трудиться, в-третьих, с занятием трудовой деятельностью в сфере общественного производства. В настоящее время содержание права на свободный труд, наряду с другими его элементами (право распоряжаться своими способностями к труду; право работающих на соответствующие условия, охрану и оплату труда; на защиту от безработицы; на защиту интересов работников путем разрешения трудовых споров) следует включать и толковать,  прежде всего,  право на труд. Такая интерпретация новой конституционной нормы позволяет не противопоставлять нормы о свободе труда и праве на труд, что усматривается в заголовке предложенной мною статьи, а рассматривать их в диалектическом единстве и взаимосвязи общего и частного. В этом случае в качестве общей нормы выступает право на труд, а право на свободный труд, в качестве ее элемента. Ориентируясь на такое толкование трудовых отношений мы – разработчики проекта Конституции РСО-Алания, избежали прямой записи о том, что труд свободен и, вместо этого, упор сделали на праве каждого на труд. Такая конструкция данной нормы  имеет место в конституциях таких республик как Адыгея, Алтай, Саха (Якутия). В конституциях других республик буквально воспроизводится федеральная конституционная норма о том, что «Труд свободен». Если еще официально трактовать данную норму как право каждого работать или не работать, что встречается на страницах печати, то такая законодательная идеология не может быть перспективной и привлекательной для любого общества и государства, человека. Тем не менее, встречаются и такие люди, как мой знакомый из Дигоры, который в советское время тунеядствовал, а на угрозы прокурора привлечь его к ответственности за праздный образ жизни с глубоким возмущением ответил: «если вы всем районом не можете содержать меня, то перееду в Ардонский, где я востребован». Такую идеологию свободы труда, на мой взгляд, исповедуют многие сегодняшние безработные, которым на рынке труда предлагают вакантные места в той или иной сфере деятельности, а они ждут предложения от соседнего района. Такие люди добровольно ограничивают возможности человеческого общения, создавая для себя же социальный вакуум, пустоту и ускоряя тем самым сроки своей земной жизни. Помимо всего прочего, это свидетельствует о том, что многие из нас не находят никаких недостатков в себе, а ищут их у других. Как тут не согласиться с известным знатоком Б. Пфаффом, который приводит пример того, как некоторые осетины поступали в случаях, когда спотыкались о бревно. «В таком случае,- пишет он,- осетин не себя упрекает в своей невнимательности, а достает палку и начинает бить бревно, обвиняя его в случившемся»!

В заключение статьи, с целью ее большего практического значения отметим, что каждый работник вправе защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, в том числе путем самозащиты, с помощью профессиональных союзов, путем обращения в органы государственного контроля за соблюдением трудового законодательства, а также в национальные и международные судебные органы. Подчеркнем, что указанные способы защиты  прав и свобод человека и гражданина гарантируются конституционными нормами об их государственной защите, а в случае, если исчерпаны все имеющиеся внутригосударственные средства правовой защиты, возможностью обращения в межгосударственные органы, включая Европейский суд по правам человека. Все эти меры в совокупности призваны существенно повысить эффективность реального обеспечения прав и свобод человека и гражданина.

 Александр Аланти-Цалиев,

профессор права и  политологии,

с. Дур-Дур.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *