Удар властью

От редакции: предлагаем вниманию читателей 4 часть — окончание публикаций нашего постоянного автора Заурбека Дзарахохова, посвященных анализу периода  руководства республикой Вячеслава Битарова. Предыдущие три части были опубликованы в нашей газете в 2021 году («Регресс, застой или развитие?» — газета «СВ» №16(247) от 03.07.2021 года, «О несостоявшемся «переломе хребта» —  «СВ»  №17(248) от 03.07.2021 года, «Аттракцион невероятной поучительности» —  «СВ» №18(249) от 03.07.2021 года.) Все материалы доступны на сайте газеты и в социальных сетях. Публикуемая ниже статья «залежалась» в редакции с августа 2021 года по причине временного приостановления выпуска газеты.

От редакции отметим, что перечисленные статьи З.Дзарахохова получили широкий общественный резонанс в связи с глубиной осмысления  событий нашего недавнего прошлого и не ангажированностью при работе над темой. Не последнюю роль играет и сочный, живой, образный язык, благодаря которому даже объёмные тексты читаются на одном дыхании. Не исключено, что по прошествии времени какие-то детали могли утратить свою злободневность, но основные положения, оценки и выводы представляют несомненный интерес для думающей аудитории, к которой, безусловно, принадлежат читатели нашего печатного издания.

В очередной раз хотим заметить, что независимо от того, как официальные СМИ и интернет издания представляют тех или иных руководителей республики, в истории все равно останется правда, которую публикует только газета «Свободный взгляд». Так было при Мамсурове, Агузарове и Битарове. Так будет и в будущем.

 

Об авторе: Заурбек Георгиевич Дзарахохов — известный в республике и за ее пределами журналист, поэт, публицист, автор нескольких книг, полковник МВД в отставке, соратник и бывший советник экс главы республики Тамерлана Агузарова.

«Много читайте, тогда обязательно

                                      Речи и мысли не будут пусты».

Ирина Астахова

Был такой документальный цикл «Удар властью» на телеканале ТВ Центр. О людях, которые в эпоху перемен, во времена больших опасностей и тяжелых решений поднялись на вершины власти и по-разному пережили свое падение с политического Олимпа.

Мы не будем обсуждать этот сериал, а позаимствуем только заголовок. Для продолжения рассказа о пяти годах Вячеслава Битарова, когда он был самым главным чиновником Северной Осетии — Алании.

Я долго вынашивал свой материал, долго над ним работал (даже по объему он сопоставим с книжными, а не газетными параметрами) и долго сомневался, публиковать его или нет.

Решил публиковать и не ошибся: абсолютное большинство читателей отнеслись к «трилогии» очень серьезно и признали ее важной для осмысления минувшего пятилетия. Но они не знали, что есть еще и четвертая, заключительная часть.

Начнем ее с «ленточек».

Ленточки

Вячеслав Битаров активно использовал Instagram, как платформу для самовыражения — личного и профессионального. И почти всегда являлся главным действующим лицом: посещал музеи и храмы, фестивали и выставки.

Речевки, кричалки, подбегалки, отбегалки. Но самое главное – ленточки! Вот нет более величественного и завораживающего зрелища, чем ножницы в руках Главы республики, когда таковым был Вячеслав Зелимханович!

Перерезать ленточки традиционно любят и осетинские, и российские чиновники. Что поделать, если душа так отчаянно требует праздника, а достойного повода все никак не подвернется – серьезные объекты открываются у нас не так часто, как хотелось бы. И поэтому в республике так упал «уровень счастья», что даже открытие новой урны надо было проводить с помпезным перерезанием ленточки!?

Несоразмерные торжества по случаю мелких достижений, это, в первую очередь, проявление чиновничьей недальновидности.

Группа людей в деловых костюмах, торжественно перерезающих ленточку на открытии дороги на Моздок – это понятно, и ни у кого не вызывает кривой улыбки.

Но кем была предложена такая бездарная режиссура, чтобы Глава республики присутствовал на каждом мало-мальски заметном мероприятии и самолично перерезал ленточку? Кто настоял на таком рисунке поведения, чтобы красные ленточки сложились в магический ритуал, в помпезный обряд с обязательным участием первого лица, независимо от того, что подлежит «открытию» — дворец спорта, сельская амбулатория, мост через горную речку или еще что-нибудь?

Лично меня всегда удивляла и поражала эта невразумительная, не имеющая никакого объяснения, страсть к ленточкам, барабанам, фанфарам, неискренним аплодисментам.

Никакого практического смысла, никакого идеологического смысла в этом, в общем, никогда не было, но раз за разом картина с ножницами повторялась.

В Серый Дом пришел лидер, готовый решать все, но ему не хватало людей, умеющих это «все» делать. Готовые — есть, а умеющих — нет. Это и предопределило формат, который видимые и невидимые «шестеренки» и «ремешки» уготовили для руководителя республики. Они пропустили его через медийный измельчитель, словно бы речь шла не о Главе республики, а о председателе гаражного кооператива. К концу битаровского пятилетия его обслуга еще больше обособилась от народа, еще менее была готова говорить с людьми на понятном им языке, еще глубже погрузилась в себя и в придуманные ею мифологемы о безупречном правителе. Гордыня и самоуверенность сыграли злую шутку с царедворцами Битарова. Им элементарно не хватило ума, чтобы вывести своего шефа на более высокую орбиту, нежели чем штатный «перерезатель ленточек» на открытии рядовых, скажем так, объектов.

Люди давно научились читать эту «книгу», даже не раскрывая страниц, которую почти пять лет, не покладая рук, писала свита Вячеслава Битарова. Все заранее знали, что на открытие нового моста или на улицу, где в будущем будет памятный монумент врачам, притащат мобильную трибуну, с которой Глава будет что-то говорить по бумажке (если не по бумажке, трибуна зачем?).

Конечно, ему писали. Это было видно и слышно по структуре речи. И никак не походило на его стиль, на его дискурс, на его скромный словарный запас.

Практически после каждого лентоперерезания на том или другом наспех сданном объекте обнаруживались недочеты, как, например, случилось с Ардонской райбольницей. Но свиту это не смущало и не останавливало: она была заточена на то, чтобы красную ленточку на всех вводимых строй объектах культуры, здравоохранения и образования перерезал Вячеслав Зелимханович. Не профильный министр, не курирующий вице-премьер и даже не председатель правительства, а именно он. Чтобы все понимали: единственным организатором и вдохновителем всех великих строек является один человек. И все что в республике открывается – садик, школа, больница – это его заслуга, а потому и открывать пристало ему. Он должен быть не только в центре любого значимого для Осетии процесса, но даже «местного» для окраинной улицы или отдаленного аула события.

Может быть, в этом и был главный сакральный смысл «лентомании» — чтобы все видели, от кого персонально исходит добро.

Бабочки

Я уже и писал, и на вопросы отвечал, и продолжаю настаивать, что Вячеслав Битаров чрезвычайно интересен, как человек, который, по собственному признанию, не готовился стать «верхней фигурой» в республиканской иерархии, и никто его к этому не готовил. Но когда долгий путь из колхозника — бизнесмена привел его на вершину республиканской власти, потребовалась другая мимика, другая пластика. Даже походка поменялась, как будто ноги принадлежат одному человеку, а тело другому.

Ретивые холопы-подхалимы напялили на него какую-то новую «шкуру» – растопыренные (разведенные) вывороченные локти, выпяченная грудь, какая-то непривычная стойка – всего этого не было раньше. Да и в черкесе, и в хæдоне мало кто его видел до прихода в Серый Дом.

Я хорошо помню «Битарова при Агузарове», а затем видел Битарова в должности Главы республики. Это совершенно разные люди.

Понимаю, что такой неожиданно свалившийся успех не мог не вскружить голову и не завысить самооценку, но зашкаливать до такой степени, чтобы не предвосхищать скорую отставку, — это уже было коллапсом всей серодомовской аналитики.

О том, что «битаровская эпоха» близится к своему блистательному завершению, не говорил разве что ленивый.

Особенно это стало очевидным, когда вчерашние соратники и сподвижники потихоньку стали его сливать. Впрочем, кто первым сдал Битарова – вопрос дискуссионный. Это точно не Юрий Фидаров. Может быть, Русланбек Икаев, который в самый разгар эйфории по поводу закрытия «Электроцинка», когда благодарности сыпались на голову Главы республики, как из цистерн для перевозки водички «Тбау», заявил в интервью ТАСС, что вопрос закрытия «Электроцинка» «решился сам собой — случилась авария» (12.12.2019г.). Вот так, прямо из горла стяжавшего лавры правителя, самый известный меценат (тогда еще не было Владимира Гуриева) выхватил кусок славы…

Но обитатели Серого Дома настолько были эйфоризированы, что совершенно не понимали того простого факта: этот фавор не может быть долговечным.

Они воспринимали свою миссию как необходимость празднично, пафосно нести в массы так называемое благовестье, и бесконечно проповедовать победный раж, беззастенчиво украшать политический пейзаж «письмами из Железнодорожного переулка» о присвоении Битарову героя России за закрытие «Электроцинка».

Эти «бабочки», порхавшие по коридорам правительственного здания, быстро поверили в себя, взлетели в небо и, похоже, забыли оттуда вернуться. Остались небожителями. Мутации, которые не поддаются лечению.

Но концептуально ни сам Глава, ни его «бабочки» не были готовы упорхнуть из Серго дома. Они в самом кошмарном сне не могли представить себя вне этих веселых коридоров…

Такая, в общем-то по-человечески понятная, история. Ну, не уходить же на самом деле из власти в расцвете сил, чтобы писать мемуары!

Их мало беспокоило, что станется с бизнес-империей шефа, если он уйдет со своего поста, не обратится ли она в прах, как только он покинет власть, — они были поглощены великой думой о себе.

«Черного кобеля не отмоешь добела»

В предыдущих своих текстах я неоднократно писал, что предпринимателей (бизнесменов, коммерсантов, всяких топ-менеджеров) нельзя подпускать к управлению страной на пушечный выстрел.

Почему я говорю об этом с такой безапелляционной уверенностью? Для этого есть целый комплекс причин, в основном субъективного характера, но одна из них имеет объективную природу.

Взять печально знаменитые залоговые аукционы, прошедшие в ноябре-декабре 1995 г., по итогам которых у страны увели общенародную собственность. Именно после тех аукционов отношение социума к предпринимательству стало резко отрицательным и остается таковым по всем без исключения соцопросам.

Граждан страны отучили верить в добрые мотивы наших отечественных бизнесменов. В том числе и тех, кто потом переходил во власть.

Причем если бюрократия умела делегировать ответственность и работать командно, то коммерсанты привыкли замыкать управленческие процессы на себя. Потому как считали себя семи пядей во лбу.

И поэтому по сей день настороженность по отношению к бизнесменам во власти сохранилась. Люди сразу, автоматически, начинают думать — зачем он, Битаров, сделал то или это? Чтобы жизнь людей улучшить? Безусловно! Но и свои вопросы решить? Ну, да! В этом и вся собака зарыта. В любой инициативе, в любом проекте люди видят, помимо общенародного, и его личный интерес.

Они понимали, что весь этот рекламируемый в приоритетном порядке товар, выложенный на самых видных местах в супермаркетах и других торговых точках, удостоился такой привилегии только потому, что Битаров стал первым человеком в республике.

Есть ведь известное изречение: писатель вкладывает в свое произведение один смысл, после опубликования оно приобретает другой смысл, а читатель находит в нем свой смысл. По этой аналогии, что бы не делал Вячеслав Зелимханович для блага республики, подозрения в том, что с каждой своей инициативы он что-то имеет, все пять лет продолжали витать в воздухе…

Сливки, дескать, себе, а все остальное, включая сыворотку, — народу.

Мне никогда не нравилось говорить о деньгах, о чужих деньгах, – как будто роешься в чужом кармане. Есть же поговорка: «Чужие деньги считать неприлично, а свои – грустно».

Но чтобы большие деньги (или очень большие) не изменяли человеческую сущность – так не бывает.

И все-таки проблема не в деньгах и даже не в их количестве, не в бизнесе и предпринимательстве, а только в том, что человека с несформировавшимся государственным типом мышления сделали Главой региона.

Безусловно, талантлив и энергичен. Но кроме этой самой энергии нужна соответствующая (в смысле государственного управления) квалификация, ответственность за дело, которое на себя взвалил (или взвалили?), честность, хотя бы субъективная, нравственные качества, в конце концов…

Что такое «государственное мышление»?

В устаревшем, советском варианте: «раньше думай о Родине, а потом о себе». Одним словом, это способность поставить государственное выше личного, ведомственного, группового.

Не было ни одной предпосылки.

А это всегда чревато.

Ведь если в коммерции собственник максимум может потерять свою компанию и состояние (уголовные эксцессы в расчет не берем), то фиаско в госуправлении может быть пролонгировано на годы и десятилетия. Приводить даже к межконфессиональной напряженности, для которой земля осетинская сроду не располагала благодатной почвой.

Война религий?

 Ничто в этом мире не ново: все или нечто похожее когда-то или с кем-то уже случалось. У Пушкина — «Примешь ты смерть от коня своего», у Фирдоуси — «Примешь ты смерть от себя самого».

Гении из серодомовского УВП выбрали первый вариант: решили «умерщвить» православного иерарха руками его собственной паствы. В криминальном мире этот приемчик называется «подбрасывание ножика в чужой карман». Сочинили обращение и подбросили свое детище на подпись… православным «товарищам».

На первый взгляд — сильный ход, но по глубинной сути — мерзкий и недостойный. Хотя тысячу лет тому назад философия «Война есть война, остальное не в счет, все хорошо, что к победе ведет» («Шах-Намэ») считалась вполне приемлемой.

Мне, воспитанному на марксистко-ленинском учении о религии, архиепископ Владикавказский и Аланский (Горбачев Леонид) совершенно безынтересен. Более того, практически ничего из той проповеди (28 ноября 2019г.) я не приемлю. Однако в этом противостоянии он оказался на голову выше осетинских светских властей, поскольку не скрывал своих воззрений, пусть даже ошибочных, а открыто озвучивал их от своего собственного имени.

За несколько месяцев не суметь найти политических инструментов, чтобы конфликт из латентной стадии не перешел в открытую фазу, – это свидетельство полной профнепригодности битаровских «стратегов».

Я все больше и больше склонялся к тому, что в команде Вячеслава Зелимхановича «под прикрытием» работали враги, которые вместо того, чтобы гасить пламя политико-дипломатическими инструментами и личными связями, специально сочиняли обращения, выбрасывая искры пожара за пределы республики, чтобы весь мир узнал о нашей «войне религий». И все это на фоне указа Владимира Путина «…о 1100-летии…». Чуяло мое сердце, подведут подобострастные идиоты Главу под монастырь.

Самое страшное – это втянуть в межконфессиональные распри народ. По методу «Паны дерутся, а у холопов чубы трещат».

А народ вот взял, да и не втянулся. Пришлось сбавлять обороты. Битаров оказался намного гибче, чем многие о нем думали. Подтверждение сказанному — встреча со старцем Илией после того, как с Леонидом влип по полной.

Свита, в конце концов, поняла, что ни в коем случае нельзя допускать, чтобы в нашей республике подверглись эрозии писаные и неписаные законы общественно-политического и межконфессионального консенсуса.

Почему общественно-политического?

Я считаю, что это был не религиозный, а именно политический кризис. К такому выводу меня подводят методы реагирования нашей власти. Все ответы и действия которой были катастрофически контрпродуктивны.

Война религий или, скажем помягче, – соперничество, может и обостряться, и затухать, но она никогда не прекращается. В недрах современного православия тоже происходят неоднозначные процессы…

Но и «пороховой бочкой» республику назвать нельзя. У наших народов и религий очень большой опыт совместного сосуществования.

Но именно при Битарове его свита добилась того, что впервые за всю историю в душах многих осетин шевельнулось нечто, похожее на вражду, на отчуждение от Православия.

Есть и реверсная (обратная) тяга у этой эрзац-идеологии. Зная о том, насколько слаб (и политически, и интеллектуально) Вячеслав Битаров, православная верхушка уверовала в свое право на конфронтацию с традиционной осетинской религией.

Такое было ощущение, что ситуация не сама по себе разогревается, а чтобы превратить людей в конфликтующую массу

И вообще, так и осталось непонятным, какие цели преследовал Вячеслав Битаров, затевая опасные игры с религией, с языком? Было ли все это глубоко осмысленным, выстраданным, политически и стратегически проработанным проектом?

У меня нет точного знания. Но есть гипотезы. Какая-то из них выглядит более правдоподобно, какая-то — менее. Но точной информации у меня нет.

Все это сейчас имеет уже второстепенное значение, потому что результат оказался не совсем тем, точнее – совсем не тем, на который рассчитывали. И те, и другие.

Чем меньше хлеба, тем больше зрелищ

  Когда заканчивалось первое пятилетие Мамсурова (2010г.), ни одна, скажем так, «сволочь» не была замечена в поползновениях на пост главы республики: все были уверены, что Таймураз Дзамбекович безальтернативно продолжит правление. Битарову же все пять лет целая группа соискателей главной должности в республике буквально дышала в затылок, а под занавес первого срока соперники как будто с петель сорвались. Вот прямо сонм светлых ангелов с перекошенными от избыточной праведности физиономиями слетелся. Искренняя забота о своем народе, никаких личных выгод и удобств, только поход к вселенской справедливости. Попробуйте при этом ухитриться не ржать.

Смотреть на это зрелище действительно было забавно, особенно, когда знаешь, что у наших «ангелов» нимбы ворованные, крылья ненастоящие, бутафорные, из театрально-киношных реквизитов. И что никакие они на самом деле не ангелы, а все те же старые, не в шутку оживившиеся демоны. Нет, они и до этого не дремали, но приход к власти Вячеслава Битарова болезненно ударил по их самолюбию и амбициям.

Речь о вульгарной зависти других успешных бизнесменов и чиновников, которые в основной своей массе не могли и не могут понять до сих пор, как один не самый заметный и не самый харизматичный вырвался вперед и оставил всех позади.

— Почему он, а не я?

— Чем он лучше меня, я тоже варю пиво, да и денег куры не клюют?

— Если он может руководить республикой, почему я не могу?..

Энергия, относительная молодость, предприимчивые мозги, запредельная амбициозность (один из секретов его успеха в бизнесе), какие-то элементы человеческой интонации – немало положительных качеств.

Не разделяя многих его воззрений, я всегда относился к нему с уважением, а после того, как он удержался, усидел два-три года, – даже с некоторым восхищением.

За это же время он заметно «заматерел». Шкура стала значительно грубее, чем даже год или полтора назад, и очень трудно было пробить эту «кожу носорога». Тем более мелкой дробью, которой можно сильно разозлить, но не завалить.

Вячеслав Зелимханович знает: победителю прощается все, побежденному не прощается ничего. И он раздолбал всех, кто покушался на его должность.  Победил. Сокрушил. Обесточил.

Как политик и как человек он не был над схваткой, он был в ней. В республике существовали (и сейчас существуют) завуалированные очаги политической оппозиции, которые мимикрировали под депутатов, сенаторов. У них есть опыт, связи, возможности, социальные сети… Это такой сложный баланс разных групп, не очень любящих друг друга, может быть, почти так же, как и Битарова. Но не было консенсуса.

Вячеславу Битарову повезло, что его противники не пошли на консолидацию. И он поодиночке перещелкал их, как семечки или орешки.

И все-таки это потрясающая ситуация, что он выстоял пять лет!

Одни его оппоненты, конкуренты и соперники (не буду их называть поименно) сами сдулись, как легкое облачко с ветреного утеса, других он мастерски уложил на лопатки.

Даже с «брательниками» разобрался: одних отправил на «нары», других придвинул поближе к себе, заинтересовал должностями и, возможно, чем-то еще.

И «младо ныхас» тоже куда-то запропастился. Причем задолго до того, как Битаров покинул свой государственный пост.

Хотя сначала показалось, что позапрошлым летом в Осетии родились новые молодежные лидеры, которых до этого мало кто знал. Они умели собирать многотысячные интернет-аудитории, держать удар, писать блестящие тексты. А еще — ни к кому не обращались за разрешением — ни к Руслану Кучиеву, ни к Вячеславу Битарову, ни к грандам оппозиции. Вели себя как настоящие политики, а с момента обращения в прокуратуру их голос вышел за пределы интернета и зазвучал вполне официально.

Активисты молодежного движения высказали претензии по поводу слишком, на их взгляд, масштабного празднования юбилея пивной компании «Бавария», основателем которой является Глава республики. Перекрыли, дескать, движение автотранспорта в центре Владикавказа и т.п. Как будто отмечают национальный или же государственный праздник.

Критики Вячеслава Битарова были убеждены, что при подготовке и проведении 25-летнего юбилея компании был использован административный ресурс.

Наверняка был использован. Если сын Главы республики что-то наметил, мало кто решится не сделать ему хотя бы шаг навстречу, отказаться помочь или подсобить в чем-то…

Это же наша родная Осетия, где такое поведение в порядке вещей…

И было бы смешно отрицать, что должностное положение первого властного лица республики если не на прямую, то хотя бы опосредованно не приносит определенные дивиденды «Баварии». Скажу больше: Битаров даже при всем желании не может помешать этой тенденции. Она работает на уровне подсознания, на «автопилоте», в автоматическом режиме.

В общем, дошло до того, что Вячеслав Зелимханович лично включился в информационную драчку.

В молодежном комитете «Стыр Ныхаса» высказывания Главы республики в свой адрес назвали неприемлемыми, ответ активистов в социальной сети Instagram получился колючий, если не сказать – злой, раздраженный.

В итоге прокуратура вынесла главам администрации и УВД Владикавказа представление об устранении нарушений и привлечении должностных лиц к дисциплинарной ответственности. И непочтительная молодежь успокоилась, удовлетворилась. Никакого нового своевольного бунта, взбрыкнули разок – и хватит. Видимо, ребят «убедительно попросили» прекратить медиа-активность, потому что она вредит имиджу действующего на тот момент Главы республики.

До сих пор идут споры, стоило ли столько сил (в том числе умственных, интеллектуальных) прилагать, чтобы владикавказская молодежь поглазела на Каролину Мюллер («Си Си Кетч»)?

Реакция – поляризованная. Как театр держится на всевозможных интерпретациях, в том числе — самых неожиданных, так и здесь: от «Полное забвение каких-то приличий» и «Далеко зашли, много себе позволили» — до «Замечательно!», «Великолепно!», «Круто»!»…

Были, наверняка, некоторые неудобства для водителей в связи с перекрытием ряда улиц в городе, но это не самое главное, хотя я по-человечески сочувствую всем, кто куда-то опоздал или помучался в поисках объездных путей

Но организаторы исходили из того, что в любой другой точке торжества смотрелись бы не так «круто», как здесь, под монументом Иссе Плиеву.  Нужен был политический «Аншлаг». И в этом хозяева аттракциона были на высоте. Воздух дрожал и вибрировал от супермощных колонок. Яркие прожекторные лучи широкими косыми потоками проливались на концертную площадку, энергично перемещались над головами стоящих людей и падали в полуобморочно раскрыли рты. Туда же устремлялась пепельно-розоватая дымка от фейерверков…

И все это ради горожан? Не ради себя?

Да нет же! — себя, родного и любимого, забывать никто не собирался.

Шоу было политическим спектаклем. Оно позволяло видеть невидимое, угадывать среди зрелищ и звуков упрятанную в них сердцевину, которую не замечали обычные чувства, отвлекаемые на другие раздражители.

Общий российский вектор (или тренд? – вроде моднее), как мне кажется, не был нарушен. На Красной площади тоже бывают шоу со звездами, хотя, конечно, проводят их не «Балтика» или «Хейнекен».

Стадионный экстаз, предоставляющий возможность выть, орать, извиваться, потеть и трястись, предлагает потребителю примерно ту же степень исступления и истерии, что на сцене – это, конечно, очень острое блюдо…

И все же, исходя из соображений государственной пользы, это очень грубый почерк. Рискованный ход. Белые такие нитки, которыми криво сшивалось расползающееся по швам «платье короля». Или черкеска алдара. Как говорится, даже на всякое безобразие нужно приличие.

А для Главы республики это шоу — как подставленная оглобля, волчий капкан, куда он плюхнулся со всего разбегу. Эдакое самонамыливание веревки. Правда, накинули ее на шею, спустя год и восемь месяцев…

А тогда это было грандиозное театральное действо, нацеленное и на политическую, и на коммерческую выгоду.

Аланский флаг

Если смотреть на происходящее с точки зрения государственного подхода или даже с позиций практического цинизма, это недопустимые вещи, поскольку есть некий нравственный императив…

Но были несомненные плюсы. Состоявшееся шоу лишний раз помогло убедиться в театральности (киношности) сознания нашей публики. Это мероприятие не нарушило нашу природу, где столько безудержной тяги к зрелищам. В России, в Осетии сейчас воспитывают именно такого зрителя.

В случае с юбилеем «Баварии» это была одноразовая задача. И поразительно гибкие позвонки ее безропотно исполнили. На сентиментальный владикавказский мир нахлынуло ощущение неслыханного счастья, тонкие переживания и наивные чувства.

Когда говорят, что бизнесмены политикой не занимаются (я и сам так раньше думал), это чистейшая разводка. Еще как занимаются! Эти шоу, эти фильмы, эти множества выставленных напоказ зрелищ – политика в той или иной обертке.

У Вячеслава Битарова было много шоу. Можно перевернуть шоу верх ногами, а потом развернуть его задом наперед, а потом вниз головой, а затем как-нибудь еще… То есть, под каким бы соусом шоу не преподносилось, оно все равно не перестает быть шоу. Другой вопрос – а можно ли без них? Нет нельзя. Потому что претензии на мессианство и новый стиль работы нуждались в грандиозных массовках. Только они способны придать работе должностного лица нужную величавость.

Это был демонстративный акт. Не декоративный, а всамделишний. Не для благотворительности, а в интересах дела. У таких вещей есть причины. И не в какой-то моральной ущербности. Если вы имеете дело с рынком, то должны учитывать правила игры.

Мало кто обратил внимание, что в слепящем свете огненных квадратов, перемещавшихся по стенам близрасположенных фасадов жилых зданий, то и дело высвечивался Аланский флаг.

Четыре года назад его лично открывал Битаров, но городские чиновники, включая тех, кого называли его близкими друзьями, не удосужились облагородить постамент, придать ему должный эстетический вид, обложить гранитом или другим красивым и долговечным камнем. Ну, хотя бы просевший асфальт подравнять – главный символ нации, в конце концов!

За пять лет мимо этого флага он проезжал в обе стороны тысячи раз. И не заметил, не возмутился…

Он вообще плохо видел жизнь «из окна персонального автомобиля», иначе бы с того же «шаталовского моста» наверняка разглядел целый лес в пойме Терека и спросил с руководства города и Минприроды, почему они не занимаются противопаводковой расчисткой русла нашей главной реки?

А еще в двух-трех десятках метров от Флага – лестница к Тереку, с безобразными до ужаса ступеньками, много лет ждущими ремонта. Даже ходить по ним невозможно. И это все — в 100 метрах от мэрии!

Зато фейерверки какие там бывают!

Битаров и Проханов

Рассказывая в предыдущей публикации о Юрии Фидарове, я не стал ему пенять на то, как он поступил с нашими писателями старшего поколения, на которых, принципе, и держится язык.

Изысканное по отвратительности зрелище, чудовищно отталкивающее.

Я осознанно пропустил эту тему, полагая, что в первую голову был виноват сам Глава республики, допустивший  расправу (моральную, психологическую)  над теми мастерами осетинского слова, из которых, как из родников, извергаются красоты  родного языка.

У которых под надуманными предлогами отнимали (забирали) их литературные детища – « Мах дуг» и «Ногдзау».

Знаете ли, уважаемый Вячеслав Зелимханович, что Сталин раз десять встречался с Михаилом Шолоховым, лично звонил Булгакову, Пастернаку и многим другим писателям, хотя тоже, как и Вы, был весьма занят государственными делами.

А у Вас не нашлось время для более тесного знакомства с нашими писателями и поэтами. Почему бы на госдаче, в неформально-непринужденной обстановке не почаевничать с ними, не поговорить о судьбах родного языка? В каком-нибудь октябре, в канун дня рождения или юбилея его основоположника.

И они бы Вам хором, в один голос, сказали, что проблема сохранения осетинского языка не зависит от разговоров о его сохранении, а зависит от его социального статуса. От востребованности не в бытовой сфере, а в государственной.

Но если ты ставишь своей целью сбережение исчезающего осетинского этноса посредством расширения сферы употребления осетинского языка, то без Коста это сделать невозможно…

Вячеслав Битаров, будучи Главой Северной Осетии, дважды встречался с известным российским писателем, общественным деятелем, редактором газеты «Завтра» Александром Прохановым. В августе 2017-го и в сентябре 2018 года.

Александр Проханов, как я думаю, исходил из того, что с формальной точки зрения Осетия — государство, республика, а не просто «субъект», у которого нет никаких даже позывов на серьезную идеологию. То есть она должна вращаться вокруг чего-то большего, чем личность Битарова.

И поэтому наш гость изо всех сил пытался понять, как Вячеслав Зелимханович видит осетинскую историю, как понимает смысл существования осетинской нации. Пытался, скажем так, разговорить его «на смыслы». Но никаких смыслов вынуть из него не сумел.

Писатель хотел услышать нечто большее, чем про вечную дружбу и братство (кто бы в этом сомневался?!) Осетии и России, про «улучшение жизни наших граждан», и не унимался: «Осетины — это народ с особой внутренней музыкой. Осетинская история, осетинское представление о небе, о бытии, о жизни, о смерти, о любви, о героизме отличается от всех остальных представлений. Оно уникально… А в чем неповторимость осетинского мышления, осетинского сознания?».

Увы, опять ничего выжать не получилось…

«Угадать осетинскую, аланскую сущность» с помощью «успешного предпринимателя» оказалось делом безнадежным.

Казалось бы, это Битаров, а не Проханов должен был рассказывать, что «в осетинских пирогах заложена огромная философия: Земля, Вода, Солнце… И пироги с этой космогонией появляются в каждой осетинской семье чуть ли не каждое обеденное время. То есть всякий осетин, съедая пироги, говоря во время трапезы о бытовом, о сиюминутном, в то же время приобщается к Космосу. И в этом смысле осетины — Космический народ, Космисты».

Но это цитата…– из Проханова. Он же и объясняет, что осетинские пироги «символизируют Космическую гармонию, символизируют идею мирового Космического порядка. А мировой Космический порядок, если это перевести на язык нашей социальности, это справедливость».

Почему Коста Хетагуров написал: «Вселенная – отечество мое»? Ответ опять находим не у Битарова, а у Проханова. Потому что, «Космос устроен справедливо. Господь Бог — это символ справедливости. Поэтому осетины в своем застолье, в разговорах, на проводах в тот мир, на рождении ребенка все время явно или неявно находятся в атмосфере философии справедливости».

Не ссылаясь на Коста, Александр Проханов подсказывал Вячеславу Битарову, что осетинская мечта – это «мечта о божественной справедливости».

Даже про «волшебного осетинского трехногого коня» вспомнил наш гость, а абориген «ни на что не раскололся». Беда заключалась, видимо, в том, что у него нет взгляда. Ни на прошлое, ни на будущее Осетии. Есть некие понятия, есть ментальность, только нет знаний. Но более всего поражает, что на протяжении двух долгих бесед с русским писателем он ни разу не назвал имя главного осетинского писателя-поэта, не процитировал ни одной его строчки. Александр Андреевич достал, как говорится, до почек своим вопросом об «осетинской мечте», а Вячеслав Зелимханович — ну никак не мог вспомнить Коста Хетагурова, чья жизнь была источена любовью к идее, опередившей на несколько веков назначенное ему историей время.

«Весь мир – мой храм, любовь — моя святыня,

Вселенная – отечество мое…».

Это по-настоящему крупная идея. Великолепная формула будущего. Метафора развития. Постулат об Осетинской Мечте. Которая ведет наш народ через все напасти и невзгоды в ту ипостась, где храм – это весь Мир, где святыня – это любовь, а Вселенная — это Отечество.

В этой формуле заложена глубинная сущность осетинской судьбы – с высоким стремлением к вселенской любви и божественному идеалу, где царят подлинное братство и высшая справедливость.

А о чем мечтаем мы?

Мы не смотрим ни вперед, ни вверх. Мы вцепились в прошлое. Мы мечтаем не о светлом будущем, а о каком-то славном прошлом…

Не хочется говорить банальности, но наша власть живет в засушливом климате привычки.

Коста Хетагуров был скромным человеком, который ничем не хотел возвышаться над окружавшими его людьми. Но он не был простым горцем. Поэт, художник, мыслитель, философ – далеко не полный перечень его дарований, в каждом из которых он ни на кого не похож и велик сам по себе. А постижением и открытием этой великой истины (связи земного и космического) он обнажил свою некую сверхъестественную сущность.

В мире, в котором мы живем, идет свирепая, мучительная, беспощадная схватка идеологий, исторических смыслов, психологических состояний.

Но для того, чтобы сражаться на идеологическом фронте, нужна рафинированная культура, нужны носители этой культуры, в основе которой – язык Коста. Значит, и депутатов, и чиновников для начала нужно научить, убедить читать и знать Коста Хетагурова. Это очень серьезное и важное дело. Мы должны овладеть средствами защиты своих ценностей.

У каждого народа – и у русского, и у осетинского — существуют свои тайные коды, за которые держится народ как таковой. Есть эти коды – есть народ. Коды разрушены — народ превращается в толпу.

Такие святыни, как Коста, не бывают прошлыми. Они всегда ориентированы в грядущее и всегда присылаются нам из грядущего. В качестве воскресительной силы, которая постоянно воскрешает наш народ после падения в черные дыры. В семь подземелий («авд дæлдзæхы»).

Владимир Путин (не поэт, не писатель, не литературный критик, а представитель очень «суровой» профессии), часто цитирует Лермонтова («Умремте ж под Москвой, // Как наши братья умирали!»), Есенина:

 «Если крикнет рать святая:

  «Кинь ты Русь, живи в раю!»

  Я скажу: «Не надо рая,

  Дайте родину мою».

Почему тогда Вячеслав Битаров не цитирует Величайшего из всех осетин?

Вот взял, да и прочитал бы вслух:

«Вам нужны обширные виллы

С фонтанами в пышном саду.

И стройте! Земли для могилы,

Когда поизносятся силы,

Я сажень повсюду найду…

Или:

«Мне вашего счастья не нужно,—

В нем счастья народного нет…

В блестящих хоромах мне душно,

Меня ослепляет их свет…».

 

Нет, не будет он этого делать.

Потому что Коста – его антипод. Моральный, мировоззренческий. Полная противоположность. Другой полюс.

Это совершенно другие ценности, принципы, ориентиры, идеалы.

Битаров и «Сыновья Бæтæ»

Дуайт Дэвид Эйзенхауэр, 34-й президент США, оставил после себя много мудрых мыслей, афоризмов, вот один пример из них: «Если вы хотите быть счастливым, нужно ни одной секунды не думать о людях, которые вам неприятны. И тем более не стоит тратить на них свое время».

Это ответ на вопрос, почему я столько времени трачу на Вячеслава Битарова и его «пятилетие».

Все дело в том, что он никогда не был мне неприятен (неприятны были «таксы» и «мопсы», прыгавшие вкруг него, – как в цирке, по воле дрессировщика,– на задних лапках).

Скажу больше, от редких наших бесед и встреч, особенно в первое, постагузаровское, время (потом он уже был «сильно занят»), я всегда выносил хорошие впечатления. Все жаловались, например, что он собеседникам рот не дает открыть, а меня очень внимательно слушал. Но – ни одного пункта из обещанного не выполнил…

Вячеслав Битаров никогда не отрекался от кино, не отрекся от театра, от музыки, а от литературы как таковой, дистанцирован прилично. Оттого, может быть, что присутствует в нем какой-то глубинный страх перед художественным словом, перед книгой. Или по другим причинам она, книга, оставалась на обочине его интереса и внимания.

Я попытался вернуть его в литературу, если он когда-то там был. Помочь освоить ее как нечто для себя полезное и важное, не менее важное, чем «Тбау», пиво или картофель.

Мы сидели друг против друга за столом в его рабочем кабинете, говорили на разные темы и, к моему удивлению, как я уже заметил, он оказался очень внимательным собеседником. Под конец нашей беседы я ему сказал: «Твои (общение было на осетинском языке. — Авт.) предшественники, те, что сидели на этом вот кресле, каждый из них после себя оставил книгу. Ахсарбек Галазов – «Афхæрдты Хæсана», Александр Дзасохов – «Нартские сказания» и изумительный фотоальбом «Осетия», Таймураз Мамсуров – пятитомник Коста Хетагурова, в бархатном переплете …».

— Я понял. Я готов. Какую предлагаешь издать книгу?

— «Чермен. Сыновья Бæтæ»…На двух языках…И далее – подробное обоснование. Включая аргумент о том, что последний раз в авторстве Уари Шанаева книга была издана 60 лет назад и, следовательно, не то что молодежь, но и нынешние 60-летние ее в глаза не видели, не читали. Хотя в советское время осетинский театр с гастролями по этому произведению многократно побывал во всех районах республики.

— Зауыр, хорз чиныг скæн (сараз), хæрдзтæ (мадзæлттæ) – мæнæй!

Он несколько раз повторил эти слова. Мощно. С жаром. Как клятву.

Я сразу же направился в Издательство «Ир», где с Жанной Козыревой обговорили все детали. Началась работа над проектом: предисловие (слово к читателю), дизайн и т.д. Текст был набран на осетинском и русском языках, художники нарисовали (подготовили) переплет — все это было передано Вячеславу Битарову. И…– кануло, как в черную дыру…

Терпеть не могу интриганов и шантажистов, но это была моя идея и моя ответственность перед теми, кто проделал работу, подготовил книгу к изданию. Однако периодические попытки довести до Главы республики через его ближайшее окружение некрасивость ситуации ни к чему не привели. Прошло больше года, когда мы случайно встретились. Я даже не собирался напоминать про книгу, но Вячеслав Зелимханович сам заговорил, что не забыл, только, мол, потратился на планетарий… Но скоро вопрос будет решен.

Прошел еще год, а потом и Битаров перестал быть главой…

И я еще раз убедился в том, настолько человек равнодушен ко всему, что не имеет прямого отношения к его потребностям. Но – поразительная и прекрасная настойчивость во всем, где есть личный интерес.

Вячеслав Битаров мог решить этот вопрос одним движением брови. Хотя бы из-за своего благонамеренного тщеславия.

Но он не может выполнять данные им обещания — они значительно превосходят его возможности. Не финансово-хозяйственные, а нравственные.

История абсолютно несмешная, я бы сказал, слёзная. Она позволяет заглянуть в так называемый внутренний чудесный мир бизнесмена на госслужбе…

Великое очищение душ, которое происходило в Роще Хетага 15 октября 2016 года, не оказало на него ровно никакого воздействия. Все то, что он декларировал, оказалось неточным, неуместным, слабым и неискренним.

Обессмыслилось.

А с другой стороны, я теперь уже, задним умом, задаюсь вопросом: зачем ему было издавать книгу о Чермене?

Чермен Тлатов – он ведь не кумир для Битарова. Он легендарный герой, вождь простого народа, предательски убитый князьями, оставивших без земли тех, кто на ней трудился.

Жил два столетия тому назад, а песню о нем поют и фильм смотрят до сих пор.

Он бунтарь. Он за справедливость. Он – борец с «битаровыми»…

Как можно о таком человеке издавать книги? Причем из собственного кармана!..

Ох, не так прост алдар Вячеслав Зелимханович, как кому-то иногда могло показаться. Совершенно не прост!

Хождение в народ

Я – о сходах. Очень коротко.

Они остались в прошлом.

Но как забавно и умилительно было наблюдать, сколь тщательно готовятся эти «визиты алдара» к «простым горцам».

Он хорошо понимал, что есть какая-то такая абсолютно маргинальная сфера, где тусуются люди, излагают просьбы и пишут письма. Там всегда присутствовала социальная повестка, но практически не было нормальной активной политической или общественной позиции. А это очень удобно.

Но зато — масса просьб: «Дайте мне что-нибудь… Дайте работу, дайте денег».

С другой стороны, я отдаю ему должное. Он не закис в кабинетной безвестности, а сразу «пошел в народ».

Прям как Михаил Горбачев в 1986 году. Дальше я уже боюсь проводить параллели.

Внешне было эффектно.

Где еще можно так впечатлиться земными поклонами от благодарных селян и такой жажды аплодисментов «маленьких человечков»?! Чтобы правитель мог иногда чувствовать вкус власти.

Свой-чужой

Представители старшего поколения помнят, как советский летчик Виктор Беленко в 1976 году перелетел в Японию на МиГ-25П и передал иностранным властям самолет с множеством секретной на тот момент аппаратуры на борту.

После угона на всех МИГах этой модели вынуждены были поменять бортовую радиолокационную станцию и вооружение. Но особенно большой ущерб нанесло раскрытие информации по системе опознавания «свой-чужой», которую пришлось менять в срочном порядке по всей стране. Только официально нанесенный материальный ущерб оценивался в два миллиарда советских рублей.

У Вячеслава Битарова тоже есть своя «опознавательная система», некая внутренняя антенна. Она настроена на безошибочное узнавание своих и чужих.

Читаем: «Вячеслав Битаров провел рабочую встречу с руководителем Северо-Осетинского государственного заповедника Олегом Дзалаевым». Замечу, очень порядочным человеком и достойным руководителем.

Состоялось это мероприятие 24 февраля 2021 года.

До этого я много раз говорил самым близким людям в окружении Вячеслава Битарова, чтобы они организовали его встречу с предыдущим директором заповедника Ахсартагом Моураовым, но, видимо, это не входило в планы их шефа. Работало правило «свой-чужой».

В сентябре 2017 года Заповедник отмечал свой полувековой юбилей. Местные СМИ сообщили, что «Поздравить юбиляра приехали представители Парламента Северной Осетии, руководители природоохранных ведомств и экологических организаций, а также просто коллеги, партнеры, друзья – те, кто много лет сотрудничает с заповедником, участвует в совместных мероприятиях, помогает словом и делом».

И еще такая информация: «Почетную грамоту Парламента РСО-Алания по поручению его председателя А.В. Мачнева директору заповедника А.Б. Моураову вручил Заурбек Дзарахохов. В грамоте отмечается: «За весомый вклад в сохранение природных богатств республики, активное содействие ученому сообществу в организации и проведении исследований на территории Северо-Осетинского государственного природного заповедника». Заурбек Дзарахохов вручил юбилярам Аланский флаг, а также красочный плакат, восхваляющий нашу национальную гордость – триколор РСО-Алания, на котором /«Белошёлковая гладь белее выпавшего снега, //Цвет Красный – как в долине горный мак, //А Желтый – солнцу летнему под стать»/.

Как заметил начальник научного отдела Константин Попов, плакат займет почетное место среди экспонатов в Музее природы и экологии, где будут выставлены все подарки».

Но вернемся к круглой дате. К 50-летию ФГБУ «Северо-Осетинский государственный природный заповедник». К тому, что «Поздравить юбиляра приехали…». И – большой список. Даже с соседних республик, с научного и природо-охранного сообществ Москвы и т.д.

Не было только посланцев от Главы республики.

Потому что директор был «не его человек». Не им и не при нем (не с его ведома, согласия) был назначен.

Проигнорировать такую круглую (очередная равноценная дата будет только в 2067 году), такое яркое событие — это надо было умудриться.

И мне многое стало ясно. Так называемый синдром прозрения, когда какое-то одно (знаковое, резкое, страшное…) явление вдруг убеждает человека в том, в чем он не хотел убеждаться.

Прозрение своевременное и запоздалое.

Синдром послевкусия. От человека, который думал одно, говорил второе, делал третье.

В марте 2019 года Ахсартаг Моураов, достойнейший, всеми уважаемый и любимый, внезапно скончался от сердечно приступа в возрасте 59 лет…

Геополитика

 Она меняет потенциалы стран и народов, создает новые государства, отрицает старые, прочерчивает новые границы.

Мы архиплохо владеем этим инструментом. Как я уже неоднократно отмечал, даже не до конца понимаем, какую геостратегическую функцию несет в себе Южная Осетия, которая уж точно не компенсирует распад великих советских пространств, но, являясь де-факто российской территорией в Закавказье, в определенной степени упорядочивает соотношения сил на этом театре политической (и не только!) жизни.

Нам не нужно выдумывать неправдоподобные, нереалистические интеграционные формулы: две половинки Осетии и без них вполне органично складываются в неразделимое живое единство.

Но чтобы этот фактор работал с должной отдачей, нужно соединить экономики Северной и Южной Осетии, усовершенствовать и «осовременить» транспортные пути и задействовать их на всю мощь.

Нужна недюжинная политическая воля, чтобы превратить вопросы   Транскама в дипломатический и международный фактор. Если мы будем и впредь суетливо блуждать вокруг трех сосен или, как в осетинской притче, видеть медведя и в то же время искать его следы, то мы просто будем терять время. Это нерационально.

Очень трудно найти черную кошку в светлой комнате, если ее не искать.

Если плотно не работать над сегодняшним и завтрашним днем Транскавказской магистрали, мы никогда не превратим ее из «тупика» в современный «шелковый путь».

Мамисон

 Никто не любит погружаться в воспоминания о будущем. Но если говорить об Осетии завтрашнего дня, то надо заниматься не только разговорами о туризме, но и выпускать продукцию, как это делают во многих регионах страны. Создавать новые производства. Быть если не впереди, то хотя бы внутри научно-технического прогресса, внутри информационной революции. А с такой моделью: «Через некоторое количество лет заработает Мамисон (на котором уже денег украли, кажется, больше, чем их вообще выделили)  и всех нас накормит!»,  разрыв и отставание от социально-экономических показателей передовых субъектов федерации будет только возрастать.

Наши старшие, хотя мы сами уже давно не молодые, учили «Хистæрæн йæ фындз асæрф æмæ йæ зондæй бафæрс» («Подай старшему носовой платок и спроси у него совет»). Давайте послушаем мнение Александра Дзасохова:

«Существует большое количество государственных целевых программ по Северному Кавказу. Между тем, этот важный, особенно в геополитическом смысле, регион продолжает оставаться экономической периферией страны. Именно с этой точки зрения надо рассматривать экономические программы развития Северного Кавказа, которые обязательно должны включать развитие здесь современного промышленного производства. К настоящему же времени фокус общественного внимания избыточно сосредоточен на горно-спортивном кластере.

Современная Россия, будучи защищена на Северном Кавказе активностью силовых ведомств, в значительно меньшей степени оказалась защищена стратегической активностью хозяйственного сектора общефедеральных ведомств. Поэтому задача качественно изменить ситуацию и преодолеть инерционный сценарий для Северного Кавказа остается актуальной целью. Нужно помнить, что деиндустриализация – это регрессивный процесс. Вытеснение промышленного труда меняет социальную структуру населения, горизонты человеческих судеб, доминирующий тип мышления. Меняет, если угодно, структуру солидарностей. Исчезает связывающее, сквозное, трансграничное хозяйствование, и на первый план начинают выходить мифологии, которые разделяют людей и «надувают шары» уникальностей и особенностей. На фоне этих процессов нужно ответственно относиться к различного рода «общерегиональным» выводам. Нужно менять «конфигурацию оценок».

Я думаю, что сказанное дает серьезную пищу для размышлений о том, в какую сторону республика должна двигаться – по часовой стрелке истории или против.

А с «Мамисоном» что?

Небольшое отступление от темы.

По данным газеты «Известия», еще в конце 2019 года в Грузии начали строительство скоростной магистрали, ведущей к российско-грузинской границе. Объездная дорога, протяженностью 23 километра, стоимость проекта – $558,6 млн. Эти средства Грузия получила (!) от Азиатского банка развития и Европейского банка реконструкции и развития. Строительство тоннеля длиной девять километров и диаметром 15 метров под Крестовым перевалом ведет китайская компания. Весь проект планируется завершить к 2024 году.

Что в этой информации важно?

Три вещи: подрядчик определен, деньги выделены, сроки обозначены.

Мы лет 10-15 говорим о Мамисоне, но до этих трех простых (азбучных) параметров дело никак не доходило.

Кто строит? Выделены ли деньги (кем, сколько)? И в какой срок планируется ввести объект в строй?

Согласитесь, что без четких ответов на эти вопросы круглогодичный и не знаю еще какой Мамисон больше смахивал на авантюру, нежели на реалистичный, основательно продуманный и детально просчитанный (по деньгам, срокам и т.п.) проект.

И вот в ноябре 2020 года туман отчасти развеялся: первый заместить министра экономического развития РФ Михаил Бабич сообщил, что горнолыжный курорт «Мамисон» планируется полностью (!-З.Дз.) построить к 2023 году. И что на эти цели «в бюджете запланировано 7,4 миллиарда рублей».

Ну что ж, до 23-го года – рукой подать. Можно, как говорится, любителям зимних видов спорта готовить лыжи. И палки тоже.

Я пишу об этом без юмора. Потому что не могу не верить словам чиновника федеральной величины. А еще больше – миллиардам, если они заложены (не «запланированы», а именно «заложены»!) в бюджет.

А что касается инициативы грузинской стороны по прокладке всесезонной высокобезопасной магистрали, нужно сказать, что и российская сторона не сидит, сложа руки.

Объездная дорога с федеральным финансированием, реконструкция КПП «Верхний Ларс» — это можно сказать, встречные шаги.

И очень важно, что нынешний Врио Главы республики не только одобрил проект дороги в обход Владикавказа, но и дал поручение спроектировать реконструкцию дополнительного участка — непосредственно до Верхнего Ларса.

В межгосударственных отношениях могут быть временные проблемы, но комфортные, работающие транспортные пути будут сближать народы через человеческие контакты, а расширяющиеся торговые связи – позитивно влиять на качество жизни людей. Так было всегда.

В заслуженной отставке

Есть люди, обладающие уникальным талантом саморекламы. Однако агрессивное самолюбование, с которым мы столкнулись во время правления экс-главы, превзошло все мыслимые и немыслимые масштабы (форматы). Вячеслава Битарова можно понять: эти пропагандисты и пропагандистки так бешено терлись о его ноги, что не воспользоваться вот этим пресмыкательством и «всеготовностью» он просто не мог.

Но при этом не было понимания, что для политической стабильности республиканским властям необходимы еще и люди слов, люди пера, люди политической оценки, пусть даже расходящейся с официальной точкой зрения.

Они должны были тревожить, рассказывать и показывать, что отдельные примеры положительной динамики не являются неопровержимым свидетельством выздоровления.

К тому же, как точно заметил кто-то из великих, «без свободы порицания нет лестной похвалы».

Не было никакой необходимости наделять его неведомыми, неприсущими ему достоинствами, поскольку были реальные положительные качества. Но челядь не унималась и обнаруживала все новые и новые весомые доказательства в пользу «великости» барина.

А вот пресловутую «харизму» обнаружить никак не удавалось.

Случается – угасает харизма. А тут ее нет вообще. Конечно, при сильном желании можно разглядеть некоторое специфическое обаяние, но харизмы, как таковой, все равно нет. Ни в черкеске, ни с хæдоном, ни без оных. Просматривается, не побоюсь этого слова, глубокий символизм в том, что управлять Северной Осетией впервые за многие годы поставили такого неимпозантного человека. Будто кто-то на самом верху решил поэкспериментировать: а что, если вместо надлежащего культурно-интеллектуального уровня и профессионального политического опыта предпочесть бизнес-ум, хитрость и смекалку?

Он еще и не телегеничен. И – со своеобразной речевой культурой.

Он – как певица, которая может считаться певицей до того момента, пока не запела.

Будь на месте пиарщиков Битарова, я вообще не рекомендовал бы так часто «вытаскивать» его в медийное пространство, чтобы не вздрагивать всякий раз, наблюдая за манерами и речами.

Одним словом, Вячеслав Битаров очень неоднозначная фигура, которая с трудом поддается на увековечивание. Это одна из причин, почему проваливалась его пропаганда.

Тем более, когда за дело прославления и увековечивания брались те, кому вообще нельзя браться ни за что.

От избытка  пиара, от зашкаливающего счастливого кудахтанья пропагандистская конструкция сама уже не выдерживала нагрузки и трещала по технологическим швам.

И в этом смысле судьба Вячеслава Зелимхановича оказалась скорее драматичной, чем триумфальной. Когда ветер перемен снес его вместе с пиар-обслугой в историческое небытие, разлука народа Осетии с ними прошла по-лермонтовски «без печали». За спасение такой власти никто бы пальцем не пошевелил.

Сейчас у Вячеслава Битарова другое функциональное (смысловое, идеологическое, тотемное…) значение – он в заслуженной отставке. Или, может быть, в каком-то резерве, запасе. Поживем – увидим.

В одном можно быть уверенным на все сто процентов: человеку, который фанатично полюбил себя во власти, который в достаточной степени из другого теста сделан, чем основная масса жителей республики, остро будет не хватать уютных апартаментов на втором этаже Серого Дома…

Роль личности в … Осетии

Мы привыкли жить на очень низком стандарте. Жуткое отставание по уровню жизни, по основным показателям. Седьмое (извините за излишне часто эксплуатируемый образ) подземелье.

Но это, опять же, мое измерение, пусть «позитивщики» дают свои измерения. Может у них другие критерии, другая система ценностей.

Лично для меня катастрофой было уже то, что один альтернативно одаренный «универсальный менеджер» замкнул на себя все – «от» и «до». Решал (или пытался) и за правительство, и за парламент, и за «Стыр Ныхас», за политические, общественные, религиозные и другие структуры.

Этот груз, этот набор бессмысленно собранных в одних руках полномочий, которые он не мог использовать.

Кто у нас при Битарове управлял культурой? Тот же, кто и просвещением, здравоохранением — он сам!

 Какой бы логикой не был объединен состав кабинета, все решения (действия, начинания) имели характер отмашки. Отмашки, которая должна исходить от Вячеслава Битарова. Даже если речь шла о выполнении прямых обязанностей.

В этом отношении он поднялся над своим ближним кругом и в каком-то смысле стал для них недосягаемым. Но позволило ли это ему легче дышать? Легче управлять? — сомневаюсь.

А ведь были в команде такие профессионально состоявшиеся люди, как Ирбек Томаев, Ахсарбек Фадзаев, Игорь Касабиев, Олег Исаков, Тариэль Солиев, Майран Тамаев… Каждый из них – специалист в своем деле. Динамичный, мыслящий современными категориями, искренне стремящийся сделать максимум полезного для людей. Но в той «системе координат» им было крайне сложно реализовать свой потенциал. Не зря ведь Сергей Меняйло  в первые дни своего руководства заявил, что готов работать со всеми, невзирая на принадлежность чиновников к командам прошлых руководителей.

Это был сильный жест. Не на публику, а ради и во имя дела. «Кто хочет работать, кто будет давать результат, будет работать» — это его принципиальная позиция. И мы видим, что он четко придерживается такой парадигмы.

В Администрации Главы и Правительства мне был симпатичен Таймураз Фидаров. Он входил в «ближний круг» Вячеслава Битарова, хотя никогда это не показывал, как некоторые его коллеги, которые при каждом удобном случае лезли поближе к Первому – небось, кто-нибудь да узрит.

Таймураз выделялся своей скромностью, непоказушным осетинским этикетом (æгъдау), уважительным отношением к старшим. Видно было, что из хорошей семьи, с хорошим воспитанием. Способный выслушать не только хвалу, но и хулу. Может, читал Эйзенхауэра и проникся его мудростью: «Ни один человек не может быть всегда прав».

Ему я тоже говорил, что устанавливать фонтан на площади не следует, и он со мной полностью согласился. Но довел ли свое мнение до Главы, с которым виделся практически ежедневно, – я не знаю. Если не довел – плохо, поскольку нет ничего опаснее подчиненного, не видящего у своего  начальника никаких недостатков. Хотя я очень сомневаюсь, что и он мог в чем-нибудь убедить (или переубедить) своего патрона. Потому что последний был невосприимчив к «неправильному» мнению, а правильное было только у него. Настолько, видимо, твердокаменно сформировался у человека психотип, что убедить его уже ни в чем невозможно.

Система, трансформированная под личность,  – может быть, это не так уж и плохо. Но в Осетии принципиальных изменений в хорошую сторону она не принесла.

Битаров и Магометов

Я нормально отношусь и к судебной системе (сам там поработал почти 6 лет), а к Беку Магометову вообще питаю дружеские чувства, но на его месте я не принял бы из рук Главы «троянского коня».

Передача здания ОКВУ (военного училища, института) МВД судебной системе – это колоссальная ошибка.

Это очень сложный тест для Бека Ахурбековича — и правовой, и этический, и гражданский.

Нельзя исключить, что за этим решением экс-главы скрывался расчет с акцентом на личные отношения с судебным начальством – это для него актив, такая вот «недвижимость». Которую, по моему разумению, из рук действующего председателя Верховного Суда республики он вряд ли получит.

Внутренняя планировка здания идеально подходит под студенческие аудитории, учебные классы, лаборатории, столовые. Клуб на тысячу человек, большой спортзал, два просторных двора – зачем это нашему уважаемому судебному сообществу?

Я думаю, что Сергею Ивановичу и Беку Ахурбековичу нужно сесть за стол и полюбовно решить этот вопрос в пользу молодежи Осетии, в пользу подрастающего поколения.

Учитывая лоббистский потенциал нынешнего руководителя республики, можно договориться с федеральным Минобром об открытии и размещении здесь филиала одного из популярных московских вузов – Высшей школы экономики, например. Или Московского физико-технического института, Московского государственного технического университета им. Н.Э. Баумана, Российской академии народного хозяйства и государственной службы при Президенте РФ и т.д.

Разумеется, если не удастся убедить Шойгу открыть там офицерские курсы горно-стрелковой подготовки (летний лагерь и полигон для занятий по военным предметам – в Комгароне).

Сергей Меняйло

Речь не идет о каком-то действительно прожженном политике, хотя политический опыт у него, безусловно, немалый. Скорее – о грамотном, искушенном, умудренном и прогрессивном управленце, который сосредоточен на государственной идее, на поиске возможностей устремить в поток развития республики все имеющиеся ресурсы, все формы общественного и социального участия граждан.

Он пока не предлагает никакой «общенациональной повестки». Выжидает. Экспериментирует с кадрами, оценивает их профпригодность. Пока на маленьких, назовем их житейскими, вопросах — фонтаны запустить, ливневки почистить, лодочную станцию восстановить, проект объездной дороги пересмотреть, уродливую высотку или опасную для людей ретро-канатку ликвидировать… Нет, это все важно, нужно, но…

Когда я посмотрел картинку с некоторых совещаний, мне показалось, что он присутствующих «троллит». По-хорошему. Проверяет, так сказать, на «вшивость». Перед тем, как впрячь в реализацию крупных проектов.

Это мне напомнило, как Садко в одноименном фильме довольно интересным способом испытывал людей при наборе в свою команду, готовившуюся к отплытию за  «Птицей-Феникс». Он предлагал тем, кто хочет попасть к нему в корабль, выпить огромную чашу вина. А потом еще и наносил увесистый удар в грудь. И тех, кто после этого не падал, Садко и принимал в команду.

А тут вместо чарки — показательные «наезды», публичные порки… Выдержат, устоят – авось пригодятся (сгодятся)  в плавании.

Интересно и трогательно видеть, как уверенно пополняется каталог поручений по этим «малым делам», а вот повестку дня республиканского уровня Сергей Иванович пока не озвучил.

Я думаю, что это случится в сентябре. Возможно, даже в день инаугурации.

Впрочем, на информацию о том, что «Сергей Меняйло дал поручение вернуть трамвайное депо в муниципальную собственность», один из популярных блогеров написал «Такими темпами и город вернем, и колхозы с совхозами…». …» (Отметим, что СМИ уже сообщили об исполнении данного поручения!)

У меня вопрос: «А почему не всю республику?! Которую хваткие и цепкие дельцы (бизнесмены, коммерсанты, предприниматели) в союзе с алчными госчиновниками-рвачами умыкнули у народа?». Так же решительно и скоротечно, как любимый горожанами кинотеатр «Октябрь».

Да вот же она задача национального значения – вернуть народу то, что ему принадлежит!!!

И Сергей Иванович этим энергично и наступательно занимается.

Бывает так: мягкие речи и жесткие действия. Или наоборот: жесткие речи и мягкие действия. У Сергея Меняйло – третий вариант: жесткие речи и жесткие действия. При этом – продуманные, осмысленные, выверенные.

Это индикатор совершенно нового типа работы, дающий надежду на то, что Осетия получит разумное и справедливое управление.

Когда ломают парк, асфальт под установку бордюров, спиливают деревья или роют что-то, обязательно должен быть архитектор, дизайнер, а не только чиновники. И поэтому Сергей Иванович обращается к Владимиру Цаллагову, к другим профильным специалистам, внимательно выслушивает их мнения.

Сила руководителя – в умении собрать вокруг себя умных людей и в умении слушать их. И такие сильные, интересные, умные люди уже есть и, думаю, еще будут в окружении Сергея Ивановича.

Есть еще и депутатский корпус. Несмотря на непоправимый вред, который Тимур Ортабаев причинил этому институту народных избранников (напоминанием — кому они обязаны своим статусом!), нужно иметь в виду, что сегодня у нас нет ни одной политической силы, ни одного лидера, который был бы единственным выразителем многообразия осетинского общества. Таким является наш Парламент – реальное место для дискуссий на любые острые темы. И Сергею Ивановичу с опорой на законодательную, представительную ветвь власти легче будет добиваться поставленных целей.

Прямые выборы

А задачи перед новой властью стоят неимоверно сложные. У нас ведь далеко не так все налажено, как верещал битаровский агитпроп. И далеко не так все стабилизировалось, как мерещилось ему же. Есть очень шаткое равновесие, хрупкое и чертовски уязвимое.

А в плане развития политической системы, совершенствования политической конструкции и создания современной экономической модели, сбалансированной с точки зрения наших геополитических преимуществ, культурных и исторических традиций, мы вообще застряли на полпути.

Возьмем пресловутые «прямые выборы Главы республики».

Мучительная, но для политиков восхитительная тема, – они всегда могут поразмяться и употребить весь свой интеллектуальный и политический потенциал.

С одной стороны, в сугубо теоретической плоскости, Вячеслав Битаров был как бы за прямые выборы Главы республики. Одновременно в практической плоскости он дезавуировал свои же заявления массой оговорок типа «если народ пожелает», прекрасно зная о том, что именно этот самый народ никогда не мирился с тем, что лишен права избирать себе руководителя. А в целом битаровская пропаганда не выработала ни единого вменяемого тезиса, ни единой формулировки, – почему, собственно говоря, нельзя.

Комплексующий коммерсант – не очень уместное словосочетание. И все же мне все время казалось, что он – рефлексирующий человек.

Я имею в виду его политический статус, политический аспект, где он, как бы ни хорохорился и ни делал уверенный вид, все же наверняка чувствовал себя не в своей тарелке. Комплексовал перед политическими фигурами предыдущего разлива и замеса. Все-таки они были не бизнесмены, а профессиональные политики и политические ученые.

В Северной Осетии абсолютную поддержку получит любой политик, который предложит прямые выборы первого лица.

Или хотя бы даст честную и внятную оценку той смутной поры нашей истории, которая из лидера северокавказского ареала по многим показателям отбросила нас на задворки.

В любом случае, тот политический капитал, который был накоплен в республике в предыдущие годы, в галазовско-дзасоховский период, нужно не консервировать, а развивать, совершенствовать.

Отказ от выборов – это не результат воплощения политических идей, реализация которых сделает жизнь людей лучше.

Вот что говорит по этому поводу Александр Дзасохов:

«Все цивилизованные народы стремятся к демократическим процедурам, а мы как бы находимся под прессом очень мощного чувства собственной недозрелости.

Думаю, что время серьезной аналитики еще не пришло. Нет реального заказа, а то, что подается по случаю выборной модели – это мнение тех или иных заинтересованных сторон. Народ здесь совершенно не причем. Я думаю, что периодическое прекращение и возобновление выборного опыта людей – это не безобидное явление.

Да, прямые выборы еще не стали полноценным инструментом ротации и обновления политической элиты. Порой они бывают похожи не на соревнование идей, программ и личностей, а на политическую ярмарку. А победа на выборах нередко превращается из необходимого условия для реализации общественно-значимых целей в условие для реализации частного интереса.

И все равно, именно всенародные выборы и референдумы являются основной формой участия гражданского общества в делах государства. И самой эффективной системой контроля власти…».

Ровно поэтому, может быть, совсем недавно пошел четкий и недвусмысленный импульс из Кремля: Глава Центризбиркома Элла Памфилова публично заявила о необходимости вернуть прямые выборы губернаторов во всех российских регионах.

«Хочу, чтобы прямые губернаторские выборы были введены во всех без исключения российских регионах» – это ее слова.

И вряд ли они были сказаны вразрез с мнением Президента страны.

Мне почему-то кажется, что решение о возврате прямых выборов Главы Северной Осетии-Алании наш Парламент примет в следующем году — 20 лет спустя, как они последний раз состоялись в нашей республике.

Напоследок

Вот и закончилось мое, надеюсь нескучное, путешествие в «битаровское пятилетие». Я, как путник, прошел по этому «прикольному» извилистому отрезку и попытался поделиться с читателем впечатлениями от увиденного.

Обидел ли я кого-нибудь?

Возможно.

Только прежде чем надувать щеки и играть желвачками, я каждому советую поглядеть в зеркало.

Вообще, особенность человеческой психики заключается в том, что она не переносит, когда твою личность ставят перед зеркалом. Мало кто из нас  готов увидеть себя таким, какой есть. И если это отражение не совсем приятное, то ищем поводы и объяснения, почему это так.

В моих статьях, безусловно, присутствует критика в адрес экс-главы, подчас достаточно острая, но нет даже намека на его примитивизацию.

Фраза: «Если ты такой умный, почему ты такой бедный?» имеет ведь и «обратно-пропорциональное» значение: если богатый – значит умный. Я с этим согласен. Если бы Битаров был глуп, примитивен и однозначен, каким тогда образом он пять лет занимал высший пост в республике? Независимо от того, честно играл или нечестно.

В данном случае я не увязываю ум с уровнем интеллекта, поскольку люди с низким уровнем IQ зачастую зарабатывают гораздо больше, чем те, у кого он высокий. Те же историки, врачи, математики и другие действительно умные люди имеют весьма скромную зарплату.

Значит, не только от ума зависит, богат человек или беден. Важную роль играет характер, а именно такая черта, как предприимчивость. А по этому показателю Битарову нет равных.

Проблема Вячеслава Зелимхановича была в другом: управляя одновременно всем, будучи «затычкой к каждой бочке», он фактически ничем, кроме своего бизнеса, не управлял. Это даже больше, чем высокодоходное ремесло – это у него хобби. Доминирующая идея. Главенствующая мотивация.

А вот «дерево власти» было шатким, скрипело-скрипело и, в конце концов, завалилось.

Но в поведении экс-главы ничего не поменялось. Как на протяжении пятилетия он показывал способность к риску, способность принимать неожиданные решения с непредсказуемыми последствиями, способность держать заведомо неправильную линию даже там, где он уже оступился, но –«упирался рогом» и выигрывал борьбу, – так он и продолжает действовать сейчас. В то время, скажем, как 10 участников антиковидно-антибитаровского митинга уже, можно сказать, находятся в пути к «местам не столь отдаленным», его подручные, ничтоже сумняшеся, невзирая на очередной разгул пандемии, зазывают сограждан на открытие в Альпина-парке (AlpinaFamilyPark) ресторана «VELVET» 7 августа 2021 года.

Десять молодых ребят (мужчин), изъятых (или «изъявших» себя – не суть важно!) на годы из своих семей, из общества, из социума – это тоже один из итогов битаровского правления республикой.

Он расставил вокруг себя таких людей, задал им такой вектор, такие ценности, что избежать катастрофических провалов в своей деятельности было нереально.

Они втянули его в войну на несколько фронтов – против соискателей главного кресла, против оппозиционных блогеров, «младоныхаса», с редакторами осетинских журналов, даже с владыкой Леонидом…

Ресурса не хватило. Не денежного, а именно интеллектуального…

Если бы «интеллектуальная система» Вячеслава Битарова была откалибрована надлежащим образом, то мы не были бы в той точке, в которой находимся.

Я, к примеру, все пять лет задавался вопросом, почему, скажем, Вячеслав Битаров не берет на вооружение такой чрезвычайно важный опыт Владимира Путина — ежегодные встречи с членами Совета по культуре? Мне нравилось не все, о чем говорили или спрашивали члены Совета. Мне не всегда нравилось, как отвечал на их вопросы президент страны, но мне глубоко импонировало, что все это – в прямом эфире, и у телезрителя есть возможность самому сформировать мнение. Это нужно было видеть и слышать, как внимательно и терпеливо Путин выслушивал выступления тех же Сванидзе или Сокурова, и как обстоятельно их комментировал. Я даже прикинул, что в осетинском формате – это в какой-то степени Виталий Чельдиев и Аким Салбиев. Почему бы их не послушать? До того, как один из них стал «экстремистом»?

Дело, видимо, в том, что Вячеслав Зелимханович вынужден был многие вопросы решать ситуативно, исходя из текущей повестки, придавая некоторым своим решениям и действиям причудливые формы, как, например,в случае увольнения директора нацмузея (30 июля 2019 г.).

Потому что свою «внутреннюю политику» он отдал странной «смеси» из малодаровитых, но весьма самодовольных исполнителей с индюшачьей грацией и павлиньим синдромом, по вине которых за пятилетье в «битаровский огород» накидано столько булыжников,   что ими можно было бы отреставрировать все разрушенные башни Осетии.

Я уже писал про форум «Ирон фæсивæд», который проходил на базе летнего лагеря «Металлург», как основной этап «Предмашука», 21-23 июля 2019 года.

Почему «Ирон фæсивæд» («Осетинская молодежь»), а не «Иры фæсивæд» (Молодежь Осетии»)? Как у Коста Хетагурова: «Мæ Иры фæсивæд! Дæ цинæй, дæ хъыгæй./Фæластон мæ сау зæрдæ дард…».

Неужели в рамках подготовки к Машуку все проживающие в республике национальности должны были форумы своей молодежи провести в таком же формате: «Русская молодежь» и далее – армянская, грузинская, азербайджанская и т.д.? Обособленно. В своих «национальных квартирах».

«Иры (а не Ирон!) фæсивæд» — что в этом не устраивало Вячеслава Битарова, который в заключительный день форума лично приехал в Куртатинское ущелье на встречу с его участниками? Он хоть понял, что его крупно подставили? Не Ирина Азимова, не УВПшники, а система, заточенная на раболепие. На патологическую одержимость в доказывании того, кто в Осетии главный, «кто здесь хозяин». Через «ленточки», через фильмы типа «Фæндаг», рассказы про «Детство и юность Вячеслава Битарова» (https://region15.ru/article/3609776/) и другие формы прижизненного увековечивания.

С этой целью и искренние апологеты (такие тоже водились), и всевозможные «продувные бестии», пролив из глаз водицу, пять лет рисовали картину его величия!

Работа у них была такая.

Но рисовали так, что отбивали у читателя и телезрителя желание открывать газету или поглазеть в телеэкран.

Все их «труды» были скучны, неинтересны.

Говорил же Артур Шопенгауер: «Перестав быть спорной, мысль перестала быть интересной». А там мысль и не ночевала. Идиллия, пасторальная картинка – кого этим можно завлечь, зацепить?

Поводом для написания моих первых критических заметок послужила встреча Вячеслава Битарова с молодежью республики под сводами спорткомплекса «Манеж» (23 июня 2017 г.). Я тогда был сильно удручен этим отвратительно сыгранным спектаклем, где «сольному актеру» баллы начислялись не за содержательную часть, а за артистизм. За вживание в образ.

Я подробнейшим образом расписал «бьющие ключом» недоработки «организаторов и исполнителей», но, вняв призыву «Дайте ему поработать!», не стал публиковать материал в прессе, а отдал отпечатанный на компьютере текст Таймуразу Фидарову – в надежде, что информация будет как-то учтена, и волшебный серодомный мир, разведенный слюной восторга всяких УВПшников и пресс-секретарей, не потеряет окончательно восприимчивость к здравому смыслу.

Увы!..

Потом, в августе 2019 года, были две мои большие публикации: «Об Осетии и эпохе Битарова» и «В кольце врагов».

«Спецэффекты» провоцируют ускользание смыслов. Поэтому чем популярней картина – юбилейные (25-летие «Баварии») концерты, пивные фестивали, фонтанные брызги на главной площади…, – тем больше хотелось посмотреть на то, что осталось за кадром. Или в сухом остатке.

«Регресс, застой или развитие?» («Свободный взгляд», 03.07.2021), «О несостоявшемся «переломе хребта» (17.07.2021) и «Аттракцион невероятной поучительности» (21.08. 2021), «Удар властью» – это все о том, что мы увидели на исходе битаровского пятилетия – руины великой романтической утопии, предполагавшей возможность отделения бремени власти от самой власти и быть не только главным госчиновником, но и «успешным бизнесменом». Не избавляясь от рутины обязанностей Главы республики, извлекать максимальную пользу из привилегий.

История «битаровского пятилетия» лишь по касательной является историей удач и неудач (и те и другие случаются у каждого правителя). В основном же — это история о другом. О личной драме человека, который одновременно не может оторваться от власти и не может больше оставаться во власти.

Какие-то мечты и планы свои он реализовал – «Аланская гимназия», ТВ «Осетия – Ирыстон», новая автотрасса, которая соединила Владикавказ и Моздок…, однако более внимательный взгляд на предмет обнаруживает, что главный продукт, который производила битаровская Осетия, – это совершенно новая разновидность официальной пропаганды, в недрах которой блаженствовал коллективный анонимный бот, состоящий из безликого клубка управленческих и финансовых цепочек.

Вот один пример такой пропаганды: «Вячеслав Битаров совершил инспекционный объезд по Владикавказу» («Осетия-Ирыстон»,15.12.2020).

«Глава Северной Осетии Вячеслав Битаров проинспектировал Владикавказ и поручил навести порядок в городе.

Так, руководитель республики обратил внимание городских управленцев на состояние газонов, фасадов зданий, несанкционированные свалки мусора, а также чистоту остановок…

В ходе инспекционного объезда в столице республики обнаружено множество машин, припаркованных на газонах или у обочин автодорог. Также замечено, что пешеходная дорога перед Свято-Георгиевским собором упирается в газон, а столбы освещения обклеены рекламными объявлениями», — отметил Вячеслав Битаров…».

Странный все-таки у нас был «инспектор»! Под носом позорная автостоянка на руинах ККЗ «Октябрь», а он ищет что-то еще более несусветное, чем этот дикий пейзаж в полусотне метрах от служебных апартаментов!

Сергей Меняйло не стал забирать хлеб у префектов и взял выше. Выше газонов, фасадов зданий, несанкционированных свалок мусора и обклеенных рекламными объявлениями столбов освещения…

Он взялся за «нерешаемые вопросы» – трамвайное депо, «суицидальная высотка, аварийная канатка…

Но все равно, о чем он сегодня говорит, критикует, — это слишком незначительно перед тем, что ему предстоит сделать.

Тот же скажем, ККЗ «Октябрь», на который он наверняка замахнется в скором времени.

Каждый раз проходишь мимо и думаешь: сколько еще эта странная «парковка», это жирное пятно на гордом лике осетинской столицы будет унижать не только городские и республиканские власти, но и всю республику, весь народ?!

В сентябре 2018 года Валерий Гергиев обещал, что «Работы по строительству Северо-Кавказского культурного центра стартуют во Владикавказе в следующем году». Если «обещанного ждут три года», – даже в случае с Валерием Абисаловичем!, – этот срок уже на исходе, а воз даже и не шевельнулся со своего места.

***

У каждого времени есть свое содержание. И если ошибаться в нем, то это обязательно закончится плохо.

Вот сейчас, например, наступило такое время, когда нельзя пользоваться всякими интуитивными основаниями, «хотелками», а надо пользоваться исключительно разумом.

Сергей Меняйло не обещал улучшить жизнь людей в максимально короткие сроки, одним революционным экономическим рывком. Не обещал «молочных рек и кисельных берегов». Но то, что над этим он будет работать с полным напряжением, ясно как божий день.

Именно для этого он недавно встретился в Москвес заместителем министра экономического развития России Сергеем Назаровым и генеральным директором госкорпорации «Ростех» Сергеем Чемезовым.

Как известно, в Северной Осетии нет сложного и неустойчивого межэтнического «баланса», межнациональный климат не вызывает какой-то особой тревоги. Есть кому бороться и с террористической угрозой, хотя в этом вопросе у республиканских властей имеются и собственные точки приложения усилий.

Значит, Сергею Ивановичу можно всецело сосредоточиться на экономике, на ее социальном сегменте. На реализации наших геостратегических преимуществ: две перевальные дороги, транзит грузопотоков.

Такая ситуация требует от действующего Главы республики комплекса мер: умных, решительных, четких, правильных.

Я отдаю должное его потенциалу, его решимости добиться поставленных целей.

В то же время, у меня несколько иное видение его миссии в Осетии.

А «битаровское пятилетие» – это уже тема для вчерашних новостей.

Заурбек Дзарахохов

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *