Кадры решают всё!

Сегодня в России отсутствует четкая и разумная кадровая политика, поэтому в руководство всех уровней сплошь и рядом приходят случайные люди. В этом кроется одна из причин, возможно даже главная причина того, что процессы возрождения отечественного производства и улучшения жизни народа должным образом не идут. Да и как может быть иначе, если многие посты ключевых министров в нынешнем правительстве, руководителей администрации в регионах занимают люди, не имеющие даже специального образования в сфере их компетенции, не прошедшие необходимой практической подготовки на производстве.

К тому же сама структура правительства и его органов на местах не отвечает сложившимся условиям в экономике, промышленном и сельскохозяйственном производстве, а также в социальной сфере. Отсюда и отсутствие научно-обоснованных долгосрочных и годовых планов-прогнозов развития экономики, не говоря уже о стратегии укрепления и развития государства в целом.

Можно ли предположить подобное в советские времена? Нет. Тогда существовала четко организованная система подбора и расстановки кадров, повышения их квалификации на разных уровнях территориального и отраслевого, государственного и партийного руководства. Существовала четко организованная ротация кадров, во всех структурах имелся резерв на замещение должностей. Это было хорошо спланировано и, давало неплохие результаты. Получались и сбои, но это были единичные случаи. Нельзя не вспомнить и знаменитые сталинские слова «Кадры решают всё!», которые в годы первых пятилеток, да и в последующем, лежали в основе кадровой политики партии и государства.

В августе 1950 года руководители разведки страны А.М. Лавров и А.М. Джуга в ходе беседы с И.В. Сталиным заявили:

Джуга: У меня вызывают большие сомнения Ваши соратники по Политбюро, такие как Берия, Маленков, Микоян и Хрущев.

Сталин: Если тебя послушать, все Политбюро состоит из перерожденцев и изменников.

Джуга: Из потенциальных изменников, товарищ Сталин.

Сталин: Что ты конкретно предлагаешь?

Джуга: Созвать съезд партии, который не собирался столько лет, и обновить Политбюро. Наступила пора официально выдвигать к руководству партией и страной новых людей. Без того, как только Вы отойдете от дел, мы все пропадем, если эти Ваши марионетки придут к действительному руководству.

Сталин: А старых членов Политбюро, столько сделавших во время Великой Отечественной войны для победы, ты, как я полагаю, предлагаешь ликвидировать как потенциальных изменников социализма?

Джуга: Зачем ликвидировать, товарищ Сталин? Пусть идут на заслуженный отдых, на хорошую пенсию, много ли старому человеку надо. Все равно они уже ни на что серьезное не способны и только

Сталин. (Лаврову). Ты тоже такого же мнения?

Лавров: Это единственно правильное решение, товарищ Сталин.

Сталин: Хорошо. Подумаем.

Сталину не удалось существенно обновить партийно-государственный аппарат. В результате к власти стали приходить люди, которые из года в год только и разрушали великую сверхдержаву.

Нельзя забывать: кадры высококлассных специалистов формировались в советское время на многонациональной основе, крупнейшие промышленные гиганты создали не только русские, но и татары, мордвины, осетины, марийцы, чуваши и т.д.

Представители всех народов были представлены во всех структурах власти.

Например, слова, связанные с подбором и расстановкой кадров, произнесенные Сталиным на февральско-мартовском Пленуме ЦК ВКП (б) 1937 года, как будто сказанные и для нас. Он увидел большую опасность для кадровой работы в том, что некоторые руководители «чаще всего подбирают работников не по объективным признакам, а по признакам случайным, субъективным, обывательским, мещанским. Подбирают чаще всего так называемых знакомых, приятелей, земляков, лично преданных людей, мастеров по восхвалению своих шефов».

Вождь честно признал, что партия и правительство страны допустили ошибки, чрезмерно восхваляя успехи некоторых руководителей. Дискутируя в 1936 году со своим соратником Г.К.Орджоникидзе, Иосиф Виссарионович прямо высказался: «Наши сановники  губят наши благие начинания на корню… Можем ли мы либеральничать, когда в стране беспорядок, неорганизованность, недисциплинированность?.. Коррупция – уголовно наказуемое злоупотребление служебным положением. Семейственность и протекционизм, которые народ не прощает, которыми тычет нам в нос: «Блат выше Совнаркома!».

И мы знаем, что эти слова Иосифа Виссарионовича не остались пустым звуком. В те грозные предвоенные годы руководством страны были предприняты кардинальные меры, позволившие смягчить ситуацию.

Дело в том, что под «сановниками» Сталин имел в виду и некоторых делегатов так называемого XVII-го «Съезда победителей» из числа руководителей и высокопоставленных чиновников из регионов, которые, как мы знаем из истории, были репрессированы в 1937-38 годах именно за вышеперечисленные Вождем правонарушения.

Как мы видим, ситуации, имевшая место в прежние годы и ныне существующая, довольно схожи. Разница лишь в том, что в годы правления Компартии, с этим злом решительно боролись. Не только на законодательном уровне, но и в повседневной практике власть пресекала все «коррупциогенные» факторы и «конфликты интересов».

А ныне правящая партия приблизила к власти своих земляков, приятелей, лично преданных людей, практически поощряет установившееся в стране положение. В частности это выражается в том, что на руководящие должности в регионах назначаются лица, имеющие, в том числе, родственные связи с чиновниками, занимающими высокие посты государстве. В результате этого к руководству учреждениями, организациями и предприятиями субъектов Федерации, в частности нашей Республики, порой привлекаются люди, которым безразлична судьба местного населения.

Всё это явилось результатом нарушений основного принципа в работе с кадрами. Этот принцип связан с личными качествами людей.

Сталин всегда призывал власть к скромности. Он как никто другой понимал, что богатство никогда не приводит к добру. Он, следуя принципу «Власть не должна выделяться», сам был непритязателен в быту и не давал разгуляться чиновникам. Сам не воровал и другим не давал! – это общеизвестно. Иосиф Виссарионович в жизни и на работе свято следовал завету В.И.Ленина: «Во главе государства должны стоять люди, не обремененные большим капиталом. Богатый у власти будет думать только о сохранении и преумножении своего капитала, а не народе».

Как они были правы – наши великие Вожди! Их слова — предупреждения, высказанные многие годы назад, ныне вновь приобрели актуальный характер и напоминают о назревшей необходимости принятия решительных мер по исправлению ситуации с кадрами.

В этой работе многое зависит от руководства регионов. Относительно нашей республики следует заметить, что высшим руководством Осетии, к сожалению, делается не всё возможное и необходимое для устранения перекосов в кадровой политике. В этом плане я бы хотел отметить следующее:

Люди со стороны не чувствуют ответственности перед местным населением, его критика им безразлична. Это потому, что пришлые чиновники не имеют близкой, родственной или духовной связи с населением и даже не стремятся их устанавливать. Для них зачастую местное население – чужеродный материал, контингент, который приходится терпеть ради карьеры!

Поэтому, я думаю, что наиболее верным и надежным решением для высшего руководства республики будет подбор и расстановка в судебных и правоохранительных органах местных кадров. Разумеется, после всех подготовительных мероприятий — тщательного изучения, обучения, проверки и испытаний. В беседе с журналистом и ученым В. Литовым бывший нарком, министр земледелия СССР Иван Александрович Бенедиктов рассказывал:

«При Сталине продвижение в высшие эшелоны управления осуществлялось только по политическим и деловым качествам — исключения, конечно, были, но довольно редкие, подтверждавшие общее правило. Главным критерием являлось умение человека на деле и в кратчайшие сроки изменить ситуацию к лучшему. Никакие соображения личной преданности и близости к «вождю», так называемый «блат», не говоря уже о семейно-родственных связях, в расчет не брались. Более того, с людей, которым Сталин особо симпатизировал, точнее, ставил в пример другим, спрос был и жестче, и строже. Я имею в виду В.М. Молотова, Г.К. Жукова, H.A. Вознесенского, авиаконструктора А.Н. Яковлева и некоторых других.

Существовавшая в те годы подлинно большевистская система подбора и расстановки кадров приводила к тому, что на ключевых постах в партии, государстве, армии действительно оказывались наиболее талантливые и подготовленные в профессиональном отношении люди, совершавшие по нынешним меркам невозможные вещи, буквально чудеса. H.A. Вознесенский, А.Н. Косыгин, Д.Ф. Устинов, В.А. Малышев, И.Ф. Тевосян, Б.Л. Ванников, А.И. Шахурин, Н.С. Патоличев — перечисляю лишь немногих, все они обладали выдающимися способностями и дарованиями и, что немаловажно, заняли высшие посты в самом расцвете своих сил. При Сталине Советское правительство по возрастному составу было едва ли не самым молодым в мире. Лозунг «Молодым везде у нас дорога» в 30-е и 40-е годы последовательно, с железной настойчивостью и твердостью проводился в жизнь.

Могу с полным основанием сказать, что курс на выдвижение молодежи был сознательной, всесторонне продуманной и взвешенной линией, как самого Сталина, так и других членов Политбюро ЦК нашей партии. И эта линия полностью оправдала себя. Я убежден, что, если бы мы вступили в войну с шестидесятилетними наркомами и командующими армиями, ее результаты могли бы быть иными. Хотя бы потому, что решить невиданные по сложности задачи и выдержать чудовищное напряжение военных лет, а затем восстановительного периода сумели бы лишь творчески, нешаблонно мыслящие и действующие молодые люди.

Вспоминается в этой связи Дмитрий Федорович Устинов, бывший в период войны наркомом вооружений. Совсем еще молодой человек, не имевший, естественно, большого жизненного и инженерного опыта, он смело, на свой страх и риск, принимал за несколько часов решения, связанные со строительством и оснащением военных заводов, которые обычно требуют многомесячной работы целых коллективов и проектных институтов и столь же многомесячных согласований с различными инстанциями. И, как признавали специалисты, не ошибался в расчетах.

Или Авраамий Павлович Завенягин, много сделавший для обороны, науки и техники. «Это невозможно, немыслимо, противоречит мировому опыту», — возмущались по поводу сроков выдвигавшихся им проектов наши высокоинтеллектуальные научные специалисты. Но Завенягин добивался своего и совершал это «невозможное» и «немыслимое».

Или возьмите высший командный состав Красной Армии. Конечно, репрессии 1937–1938 годов ослабили его, дали возможность некоторым маршалам и генералам старой закваски усилить свои позиции. Но параллельно с этим шел и процесс подбора и роста талантливых людей, умеющих воевать по-современному. В целом накануне войны в своем преобладающем большинстве руководящие должности и в армии, и в Генштабе заняли достойные люди, способные военачальники, правильность выдвижения которых была подтверждена жестоким опытом самих сражений. Г.К. Жуков, А.М.Василевский, К.К. Рокоссовский, И.С. Конев, К.Т. Мерецков, и другие наши прославленные военные деятели сумели превзойти на полях битв лучших полководцев гитлеровской Германии, обладавшей, бесспорно, самой сильной армией капиталистического мира.

Не могу согласиться с утверждениями иных «знатоков» истории о том, что молодые и способные «люди были привлечены в государственный и партийный аппарат, чтобы заполнить «вакуум», образовавшийся в результате репрессий 30х годов. Во-первых, наряду с молодежью бок о бок работали и старые, опытные кадры, обеспечивалось довольно эффективное сочетание молодости с опытом. Во-вторых, и это главное, на ключевые посты даже после репрессий 1937 года конкурентов, включая опытных, заслуженных деятелей, вполне хватало. Но ЦК твердо отстаивал свою линию, не делая никаких скидок на бывшие заслуги и героические дела.

Что бы ни говорили о Сталине, при нем на руководящих местах находилось несравненно больше одаренных, талантливых людей, чем при Хрущеве, не говоря уже о его преемниках. Кстати, и спрос за упущения был конкретный, индивидуальный, а не размыто-коллегиальный, как сейчас, когда пропадают миллиарды, приходят в запустение целые регионы, а ответственных днем с огнем не сыщешь! В наше время ситуация подобного рода была просто немыслимой. Нарком, допустивший перерасход двух-трех тысяч рублей, рисковал даже не своим постом — жизнью!

Вспоминается в этой связи такой эпизод. В конце 30-х годов, будучи наркомом земледелия СССР, я одновременно занимал пост председателя Главного выставочного комитета Всесоюзной сельскохозяйственной выставки, располагавшейся тогда на территории нынешней ВДНХ. Как-то во время осмотра экспонатов Сталин обратил внимание на то, что некоторые овощи, фрукты, а также зелень, доставленные на выставку с передовых хозяйств юга, имели, мягко говоря, не совсем товарный вид:

— В чем дело, товарищ Бенедиктов? — спросил он. — Это выставка передовых достижений или залежалого товара?

— Продукция на выставку поступает по железной дороге, на что, естественно, уходит несколько дней. Госконтроль возражает против доставки ее самолетами, ссылаясь не неоправданные расходы.

— Госконтроль смотрит на дело со своей, ведомственной колокольни. А вы должны подойти к вопросу с государственных позиций и не губить нужное дело формализмом. Для того вы нарком и председатель выставки, чтобы защищать эти позиции и бороться с таким формализмом. Люди своими глазами должны увидеть, какие овощи и фрукты можно выращивать. Надо вызвать у них желание и тягу к передовому опыту, к его распространению. А ваша пожухлая продукция к этому не располагает. Экономите тысячи, а теряете миллионы.

Так уж устроен мир: обычно выделяют и приближают к себе людей, родственных по духу, по отношению к работе, жизни. Человек глубокого аналитического ума, решительный, волевой и целеустремленный. Сталин поощрял такие же качества и у своих подчиненных, испытывая очевидную симпатию к людям твердых и независимых суждений, способным отстаивать свою точку зрения перед кем угодно, и, наоборот, недолюбливал малодушных, угодливых, стремящихся «приспособиться» к заранее известному мнению вождя. И если по отношению к молодым, начинающим работникам допускалось определенное снисхождение, своего рода «скидка» на первоначальную робость и отсутствие опыта, опытным, и даже очень заслуженным деятелям подобные «человеческие слабости» никогда не прощались. «Толковый специалист, — сказал как-то об одном из них Сталин. — Но ставить на руководящую работу нельзя. Слишком угодлив. Такой из любви к начальству наделает вреда больше, чем самый лютый враг. И не спросишь за это — мнение-то согласовано с руководством».

Приходилось, правда, довольно редко, возражать Сталину и мне. Спорить с ним было нелегко, и не только из-за давления колоссального авторитета. Сталин обычно глубоко и всесторонне продумывал вопрос и, с другой стороны, обладал тонким чутьем на слабые пункты в позиции оппонента. Мы, хозяйственные руководители, знали твердо: за то, что возразишь «самому», наказания не будет, разве лишь его мелкое недовольство, быстро забываемое, а если окажешься прав, выше станет твой авторитет в его глазах. А вот если не скажешь правду, промолчишь ради личного спокойствия, а потом все это выяснится, тут уж доверие Сталина наверняка потеряешь, и безвозвратно. Потому и приучались говорить правду, невзирая на лица, не щадя начальственного самолюбия.

И не случайно в годы Великой Отечественной войны Сталин открыто называл своим преемником Г.К. Жукова, а в первые послевоенные годы H.A. Вознесенского — людей железной воли, с твердым и прямым характером, чаще других возражавших ему при обсуждении военных и государственных вопросов».

60-80-е годы были временем существенного повышения благосостояния народа. Съезды партии требовали усилить внимание к производству товаров народного потребления и обеспечить коренные сдвиги в качестве и количестве товаров и услуг для населения. Это непосредственно касалось и системы бытового обслуживания.

Я подготовил реферат на тему «Пути стирания граней между городом и селом по оказанию услуг населению», где выразил свое мнение по важному вопросу приближения сельских условий к городским. Мы активно, самоотверженно работали и верили, что наше поколение в 80-е годы будет жить при коммунизме.

В системе Министерства бытового обслуживания населения руководителями работали авторитетные в республике люди, участники Великой Отечественной войны: Хашмел Кабанов, Гаврил Абоев, Газак Каргиев, Петр Бирагов, Мрикаев, Анзор Дзираев, Николай Савельев, Кайтмазов, Борис Гиоев и М. Н. Беликов, который возглавлял министерство. Михаил Николаевич был человеком высокой требовательности, доброты и человечности. Он умел отдаваться работе целиком. Республика занимала одно из первых мест в РСФСР по оказанию разнообразных бытовых услуг. Самыми молодыми среди руководителей бытовой сферы того времени были автор этих строк и Николай Татров.

В 1967 году я был переведен в Северо-Осетинскую мебельно-деревообрабатывающую фирму «Казбек», где проработал 12 лет под руководством опытного руководителя Касболата Харитоновича Карсанова. Он был грамотным руководителем производства, общительным человеком, хорошим собеседником.

Фирма была создана на базе помещений бывшего спиртзавода. Это было крупное современное объединенное мебельное предприятие, оснащенное импортным оборудованием. В состав объединения входили мебельные и деревообрабатывающие предприятия Северной Осетии: Алагирский деревообрабатывающий комбинат, Моздокская, Архонская, Октябрьская мебельные фабрики, и  Орджоникидзевский мебельный комбинат.

Касполат Харитонович решал не только производственные, но и социальные проблемы работников объединения.

Фирму неоднократно заносили на «Республиканскую Доску почета», она побеждала во всесоюзных соревнованиях в системе Министерства лесной и деревообрабатывающей промышленности СССР.

В эти годы под пристальным вниманием Касполата Харитоновича Карсанова я прошел все ступени роста от инженера-конструктора, начальника цеха, начальника корпуса до заместителя генерального директора фирмы. Неоднократно награждался денежными премиями и Почетными грамотами, знаком «Почетный мебельщик», медалью «За доблестный труд» в ознаменование 100-летия со дня рождения В.И. Ленина и грамотой Госстандарта. Успехи фирмы привлекали внимание, поэтому на ее базе проводились отраслевые совещания, заседания и конференции в масштабах объединения «Югмебель» и Министерства лесной и деревообрабатывающей промышленности СССР.

За разработку и внедрение новых образцов медицинской мебели фирма «Казбек» была награждена дипломом II степени выставки достижений народного хозяйства СССР. Серебряной медалью ВДНХ был награжден генеральный директор фирмы К.Х. Карсанов.

Кроме того, мы получили диплом Совета Министров СССР и ВЦСПС за высокую культуру производства.

Прошло время, начался новый 1979 год. Вдруг по селектору меня вызвали к Карсанову. Захожу в кабинет, а там сидят первый секретарь РК Промышленного района Н.И. Кияшко, заведующий промышленно-транспортным отделом обкома КПСС Д.Ф. Харченко и еще один человек, которого я не знал. Вновь подняли вопрос о переводе меня директором фабрики, но я опять не дал согласия. Через день меня пригласили в обком КПСС к секретарю по промышленности Александру Хаджумаровичу Чельдиеву по тому же вопросу, а состав присутствующих был тот же, что и в кабинете у К.Х. Карсанова. Я вынужден был снова отказаться, ссылаясь на то, что это трудный коллектив, предприятие находится на окраине города, да и материально я оказываюсь в проигрыше: сейчас я получаю 230 рублей, а там оклад директора — 180 рублей.

Выслушав мои доводы, Александр Хаджумарович, обращаясь к присутствующим, с возмущением сказал: «Направляем национальные кадры на повышение, на самостоятельную работу руководителями, а они превыше всего ставят материальную сторону». Я без обиняков ответил: «Да, меня в данное время больше интересует финансовая сторона дела». После этого я вежливо попрощался и вышел.

Узнав содержание моего разговора с Чельдиевым, К.Х. Карсанов пригласил меня к себе и сказал: «Григорий, ты как специалист находишься в резерве аппарата обкома КПСС на выдвижение на руководящую должность, и если не подчинишься им, то обостришь отношения. Настоятельно рекомендую тебе дать согласие». Скрепя сердце я вынужден был согласиться, и меня представили коллективу фабрики музыкальных инструментов «Терек» в качестве директора. Таким образом, с 17 января 1979 года я в качестве директора начал новое направление своей деятельности.

Нередко вспоминаю, как жилось инженерно-техническим работникам, когда мы были гражданами одной большой страны. В интересах сохранения национальных музыкальных инструментов народов Северного Кавказа мы вынуждены были открывать филиалы, использовали надомный труд, ездили по селам Дагестана, Кабардино-Балкарии и Осетии, как Северной, так и Южной, выявляли и помогали собирать старинные инструменты. А их только в одном Дагестане было более 20.

Выявляли талантливых ребят, помогали надомным мастерам материалами и комплектующими. Таким образом, были восстановлены щипковые, язычковые и струнные инструменты. Кроме этого, Дом народного творчества Министерства культуры СОАССР проводил конкурсы на показ лучших старинных инструментов. Приглашали мастеров, сказителей и гармонистов, чтобы они давали заключение по звучности, строю и качеству представленных музыкальных инструментов.

Построили 56-квартирный жилой дом. В ходе строительства жилого дома возникли проблемы. Очень трудно было в республике со строительными материалами, особенно с кирпичом. Госплан категорически отказал в выделении лимитов на стройматериалы. Когда работники Госплана узнали, что руководство фабрики строит хозяйственным способом жилой дом, который не был согласован с партийными органами и правительством республики, что руководством фабрики взят дополнительный план по жилью, то строго предупредили меня снять план, или это плохо закончится для руководителя.

Сейчас в это трудно поверить, но такие факты были не редкостью. Мне кажется, что партийные чиновники того времени настолько оторвались от интересов народа, что возомнили себя богами, без ведома которых и капля дождя упасть не смела. Недаром же тогда родилась поговорка «Всякая инициатива наказуема!»

В начале 70-х годов ХХ века в республике был создан совнархоз промышленности где работали опытные руководители Дзестелов К.С., Лакути Б.Г., Гостиев Г.Б., Габеев К.Б. Под руководством Лакути Б.Т. построили заводы ОЗАТЭ и Янтарь, Гостиев Г.Б.-Кристалл, ГабеевК.Б — комбинат производственных предприятий совнархоза. Доев К.М. возглавил предприятие железобетонных изделий.

По договорённости первого секретаря КПСС Кабалоева Б. Е. с министром электронной промышленности СССР за короткое время построили В РЕСПУБЛИКЕ 6 заводов. Под руководством секретаря горкома КПСС Гугкаева С.С. и Цогоева Л.В. началось развитие промышленности и строительства в городе. Тогда и заработал домостроительный комбинат. Опытными архитекторами Дзиовым К. и Кабисовым К. был разработан генеральный план строительства столицы РСО. Опытные руководители Ваниев Заурбек и Доев Казбек решали все вопросы строительства и жилищно-комунального хозяйства. Тогда же появились микрорайоны со всей сферой услуг и троллейбусный транспорт. Построили Республиканскую больницу, аэропорт, библиотеку, гостиницу Владикавказ и другие объекты.

Хочу привести такой же пример замечательных кадров в аграрном секторе: Тедеев П.Р. Колиев Х.А. Мецаев И.З. Беляков Н.Р. Хугаев Х.Ш. Гокинаев имея такие замечательные кадры, развивалось сельскохозяйственное производство. За 1 год был построен в Моздокском районе крупнейший на Северном Кавказе свинокомплекс на 54 тыс. голов, который через год давал республике мясо в 2,5 тыс. тонн.

В каждой отрасли были ведущие специалисты: Таболов А. Гусов О. Чибиров Р. Балаев А. и другие. Силами, которых ежегодно вводили в эксплуатацию кроме промышленных предприятий, медучреждений, домов культуры и жилья для трудящихся города — 160 тыс. квадратных метров. Лучше всего характеризуют вышеперечисленные кадры слова Маяковского: «Гвозди бы делать из этих людей, не было б в мире крепче гвоздей!»

Возвращаясь к названию статьи «КАДРЫ РЕШАЮТ ВСЁ», считаю, что опыт предшествующих поколений показал свою эффективность, где ключевую роль играла кадровая политика.

 Григорий Бадтиев,

 Заслуженный работник культуры СОССР

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *