Баллада о возвратителе доверия

Какой прекрасный лозунг он загнул

Народу осетинскому во благо!..

Но злые языки подняли гул —

Доверие людей, мол, не вернул,

Уж как собой ни жертвовал, бедняга!

Душа его, как чуткий камертон,

Настроена на южный регион,

Нет, не наживы ради иль забавы.

И так боролся с криминалом он,

Что вскоре на погон звезду добавил.

Он правильных привез к нам пацанов,

Проверенных, отчаянных бойцов,

На «буженину», так сказать, не падких.

Они слетелись, как к пчелиной матке,

За полученьем значимых постов.

Пустых на ветер не бросая слов,

Ни выходных не знал, ни отпусков,

И на преступность смело, не робея,

Он без пропагандистских дураков

Пошел, как Пересвет на Челубея.

Он с терроризмом в смертный бой вступил,

И как Спартак могучий на арене

Злодеев сокрушил — Сергей Аренин,

Избавил нас от криминальных «крыш»,

Теперь у нас – и благодать, и тишь.

Он так сентиментален, что смешон,

Вчистую барских прихотей лишен —

И йогурты – тому лишь подтвержденье.

Он любит их не только в день рожденья,

А как весьма привычный рацион.

Огромный,

в чем-то даже экзотичный,

Он надорвался, сил отдав прилично,

Стал слаб здоровьем… Каждый третий день

Недомогал, ходил с листком больничным…

А впрочем, тень наводят на плетень —

Работал каждодневно, динамично!

Но горлодеры, разве их оспоришь,

Порочить честных граждан – их каприз,

Судачат про «махровый шовинизм».

Я б волком всем им горло перегрыз,

Их болтовня — фантазия всего лишь!

Служебные, жилые – от души

Настроил он дома милиционерам.

А на какие, так сказать, шиши,

И белым это «налом», либо серым? —

Не спрашиваем. В честность его верим!

Отвагой личной он не обделен,

Не убоится ни штормов, ни рифов.

Охрана, бронетранспорт – это мифы!

К Осетии любовью был пленен,

Служил он ей с усердием Сизифа.

Защитник наших кровных интересов

Постыдных подношений дюже чужд.

Он лихоимцев изгонял, как бесов

И контрабандных бронемерседесов

Не заимел для особливых нужд.

Не розами был устлан его путь,

Доверие вернуть – святое дело!

Поторопился, может быть, чуть-чуть…

А впрочем, еще время не приспело —

Вернет его когда-то кто-нибудь.

За пазухою не держал он камень,

Открытость и доступность – его стиль.

Врагов себе нисколько не нажил,

Короткими, брутальными речами

Осетию, как маг, заворожил.

При подчиненных, женщинах тем более,

Он матом никого не покрывал,

У ветеранов льгот не отбирал,

Их нуждами проникся он до боли.

Мздоимство победил. И сам не брал!

Ему противны все временщики,

Из разных привезенные предместий.

Как бабочки, не усидят на месте,

Летают бойко с пестика на пестик,

На то, как говорится, мотыльки.

Ни званий, ни регалий не прохлопал,

Рос на глазах и был карьере рад.

Но, нетерпимый к сборищу холопов,

Таскавших стулья под массивный зад,

Все время удирал в Москву галопом.

Он твердо знал: услужливый дурак

Опасней, чем любой открытый враг,

Он в этом убеждался ежечасно.

И цену знал холуйским балабасням,

И «гибким позвонкам» он цену знал,

И от презренья к челяди страдал.

В него влюбился журналистский пул

За полную открытость пред народом.

Он МВД на верную тропу

Поставил так, что вот уже три года

Мы вертимся от счастья на пупу.

Он был за скромный милицейский быт,

И ненавидел офисную роскошь…

Теперь засобирался вот в дорожку —

Взгрустнула осетинская гармошка

И некто нервный завопил навзрыд…

                               Из книги «Черные и белые шары», 2011 г.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *